Лада — обычная девушка, по воле судьбы и желанию богинь Анаит и Мораны перенесенная в свою другую альтернативную жизнь, где на неё возложена миссия возродить культ забытой богини.
Маленькая, извилистая глубокая речка в обрамлении зеленых невысоких берегов, так и манила искупаться в её чистых и нагретых жарким солнцем водах, солнечные блики игриво мерцали на её поверхности, пожалуй, это был один из самых жарких дней лета, солнце пекло немилосердно, лето в этом году выдалось особенно жарким и сухим. Да и в тени было душно.
Разгоряченная, от непривычной физической нагрузки и лучей палящего солнца, Лада удовлетворённо вздохнула, и разпрямив спину и отбрасывая последний вырванный из земли сорняк в общую кучу, уже сорванных, и вновь посмотрела на протекающую рядом с домом речку. Идея искупаться все больше казалась правильной, все тело зудело от пота и желтой пыльцы сорняков, которая осыпала Ладу со всех сторон, как только Лада вырывала из земли очередной сорняк, за время отсутствия Лады, сорняки во дворе дома разрослись и успели войти в пору цветения. Домик бабушки Лада уже успела привести в порядок, все вымыв и проветрив комнаты, и сейчас завершив наведение порядка во дворе, очистив территорию от сорняков и мусора, Лада решила передохнуть и присела на миленькую деревянную маленькую табуретку, (которую тоже когда — то сделал её отец), домик стоял на возвышенности, и всю деревню было видно как на ладони, Лада созерцая, окружающую тихую природу вымирающей деревни погрузилась во воспоминания.
Бабушка Лады — Фекла, умерла через год после рождения единственной внучки, и Лада не помнила бабушку, она знала о ней лишь по рассказам родителей и семейным фотографиям. Сначала Лада приезжала в домик бабушки вместе с родителями, родители наводили порядок, а маленькая Лада игралась во дворе и доме, для этого папа Виктор самостоятельно сделал деревянные качели на цепях, для любимой дочки и установил их во дворе, и так же вырезал из дерева некоторые игрушки, чтобы Ладе было интереснее играть, когда Лада подросла, она уже стала помогать родителям наводить порядок, во время поездки в деревню. Ладе нравилась атмосфера дома, в нем были сохранились от бабушки советские и старинные вещи, все имело отпечаток своей истории, а некоторые вещи были созданы самой бабушкой и родителями Лады.
В маленькой кухне рядом с печкой, стоял старинный деревянный сундук, окрашенный в голубой цвет (маленькая Лада, пряталась там иногда, играя с папой в прядки) в нем хранились различные добротные ткани, бабушка в молодости привезла этот сундук в деревню, как часть своего приданого, и сама в молодости шила себе одежду из тканей, которые хранила в этом сундуке.
Деревянные красные полы, дома украшали разноцветные дорожки и коврики, связанные крючком бабушкой из различных цветов тканевых лент нарезанных из остатков ткани, которые остались после шитья. В маленьком деревянном чулане справа, от входной двери хранилась деревянная прялка, и веретено, бабушка при жизни сама пряла из натуральной шерсти нити и вязала себе и своим близким из них теплые носки и рукавицы, которые позже, иногда одевала Лада, когда приезжала зимой в деревню.
Все в доме осталось прежним, ничего не менялось, лишь поддерживалось в хорошем состоянии, и добавились некоторые фотографии и вещи родителей Лады — папины рыбацкие сети, которые он лично мастерки когда-то плёл из лески, свинцовые грузила для удочек, которые он самостоятельный отливал, его деревянные удочки, — длинные тонкие прямые ветви деревьев, которые он сам находил и срезал, чтобы сделать из них удочки, самодельные поплавки из гусиных крупных перьев, веник, который отец Лады сделал в свой последний приезд в деревню. Маминых вещей тоже немного осталось, её теплый фиолетовый платок, сарафан и некоторые украшения, Лада с грустью иногда перебирала все дорогие её сердцу вещи проверяя их целостность — грызуны и время могут уничтожить многое за короткий срок.
Дров и угля, которые приготовил отец в свой последний приезд, (словно чувствовал, сделал очень большой запас) у Лады хватило бы ещё года на два, папа всегда был очень хозяйственным и очень сильным сам приносил огромные бревна из соседнего леса и распиливал их на колоды, которые потом рубил, лучше всего колоть было березу, она легче поддается топору, но в лесу в основном были хвойные деревья и осина, они тяжелее рубятся и весят больше, но папа никогда не жаловался, в любую погоду, в любое время года, будь то холодная зима, или жаркое лето, папа безропотно таскал на своих плечах из леса бревно за бревном, так как с тележкой там было не пройти, чтобы его семье зимой в деревне было тепло. Зимой папа брал с собой огромные и тяжёлые сани свой топор, и шел на речку, вырубывал из тостого льда огромных рыб, которые вмерзали в слой льда, сковывающий реку зимой, голыми руками вытаскивая из разрубленой части льда вмершую в лед рыбу, вода была ледяная, а разлетающиеся крошки льда острыми, все руки отца потом были покрыты множеством мелких порезов, которые долго заживали. Но папа даже не заикался о том, чтобы ему купили перчатки, считал, что это будет слишком дорого.
