Затем я могла бы принудить его войти в здание, но заставить человека, находящегося в сознании, сделать что-то без его ведома было крайне тяжело. А я не хотела, чтобы он заметил что-либо странное. Поэтому мы просто постояли так несколько минут: он курил, а я обливалась потом.
Я использовала возможность хорошенько его изучить. Он был одет в зеленую форму без опознавательных знаков. Впрочем, он носил бирку с фамилией: ГУСТАВСОН. Вскоре он, наконец, выбросил сигарету, повернулся и вошел в дверь. Я осторожно сместила руку с его запястья к загривку и двинулась следом.
Мы шли по длинному и скучному коридору. Дизайнеры интерьера этого имения, очевидно, учились там же, где и архитектор, потому что им вздумалось окрасить шлакобетонные стены краской желчного цвета. Стены тошнотворно блестели под жужжащими люминесцентными лампами, и мне казалось, будто я шагаю по чьей-то хорошо освещенной толстой кишке. Если у тебя вдруг появится свободная минута и захочется себя немного испытать, то попробуй вот что. Найди кого-нибудь выше тебя ростом (это будет нетрудно), коснись пальцами задней части его шеи, а потом старайся следовать, когда он куда-нибудь пойдет. И помни, что прерывать с ним контакт нельзя, а наступать ему на пятки – не лучшая идея. Вот так я, неуклюже семеня на цыпочках, ходила вслед за Густавсоном.
Мы проходили мимо дверных проемов, но людей там, к счастью, не было. Если бы были, мне пришлось бы заставить Гуса их пристрелить и тотчас резко изменить свои планы. Вместо этого Гус зашел в свой кабинет, который являлся чем-то вроде центра безопасности. Там стояло несколько мониторов, и на какое-то ужасное мгновение я встревожилась, что где-нибудь могла сработать сигнализация или я пропустила какую-нибудь камеру. Но все виды, отображавшиеся на мониторах, были в числе тех, что я тщательно избегала. Никакой сигнализации не было слышно. Система безопасности объекта нравилась мне все меньше и меньше. Мой охранник уселся на стул, властно проговорил в рацию: «Все чисто», и принялся без особого интереса пялиться в мониторы. Все это дало мне не так много информации, поэтому я коснулась его разума и ввела его в глубокий сон.
