– Если бы мы говорили о Палате общин – может быть, но здесь у нас Правление Шахов, – сказала Мифани. – Пойти на Экхарта с кинжалом и пистолетом – это все равно, что броситься на танк с пачкой масла. Мне не верится, что организация, которая существует сотни лет и задумала вторжение, решила устроить переворот все равно что с перьевыми метелками. Скорее всего, они еще готовятся и поэтому при себе у них оказалось оружие. Нет, если они это планировали, то точно не на приеме. Все это случилось потому, что я раскрыла Гештальта.
– Так вы думаете, за этим стоял ладья Гештальт? – спросила Ингрид, немного оживившись. – Если Гештальт руководил вторжением Правщиков, то…
– То есть это значит, что прошедших веков Правщикам не хватило, чтобы научиться хоть как-то замечать таланты. Гештальт многое умеет, но не подходит на роль главы заговора. Я читала дела и знаю, что Гештальт взяли в Правление только благодаря его чрезвычайным боевым умениям.
– Конечно, и по этой же причине взяли вас, чтобы уравновесить с ним, – сказала Ингрид, видимо, забыв на минуту, что говорит не с тем человеком, которого тогда взяли в Правление. – Все понимали, что нужен кто-то, кто будет вести дела Ладейной и заниматься внутренними операциями.
– Ну да, а еще кто-то, кто не будет проявлять себя, создавая неудобства, – сухо заметила Мифани. – Гештальт выдал мне эту крупицу правды, когда я была перед ним со страшным лицом. Это Правщики назначили меня в Правление.
– Маловато иметь только одного своего человека в Правлении, – сказала Ингрид. – Даже если у него четыре тела.
– Так что ты хочешь сказать? – спросила Мифани тревожно.
– Что в Правлении остались еще Правщики.
– Ладья Томас? – донесся по внутренней связи неуверенный голос Ингрид.
– Да? – крикнула Мифани со своего места, где она напряженно работала над анализом расследования Правщиков и последствий предательства Гештальта.
– Ваш мобильный звонит у меня на столе, где вы оставили его заряжаться, – произнесла Ингрид извиняющимся тоном.
– Можешь ответить, пожалуйста? – попросила Мифани, знавшая, что ее отчет тщательно изучат Правления двух стран, и не хотевшая, чтобы он выглядел, будто его написала какая-то дура. И проигнорировала тяжелый вздох секретаря, который донесся за ее просьбой.
– Это мисс Бронвин?
Из того, что Мифани доверила Ингрид тайну своей амнезии, хотелось сделать вывод, что она должна была рассказать и обо всех, кто мог звонить ей и спрашивать «мисс Мифани Томас».
– Ладно, я отвечу.
Мифани сохранила свой документ, встала из-за стола и двинулась к телефону, осторожно ступая между хрупких стопок бумаг, занимавших бо́льшую часть поверхности пола. С тех пор как она вернулась из Шотландии, она изучала личные дела служащих-предателей, надеясь обнаружить какие-нибудь зацепки. Ослепительных откровений пока не наблюдалось, зато случилось несколько запоминающихся лавин из документов. Ингрид наотрез отказалась вносить в кабинет еще больше бумаг, а уборщица едва не впала в истерику, когда ее попросили протереть пыль.
– Алло, Бронвин?
– Э-эй! Как жизнь? Я получила твое сообщение про завал на работе.
– Да, сейчас все более-менее под контролем, но люди еще немного напряжены.
– Значит, дело серьезное. Я в том смысле, что уже пять дней прошло с тех пор, как ты уехала в Шотландию.
– Пять дней? – переспросила Мифани. – Серьезно?
– Ну да. А сегодня пятница. Я поэтому и звоню. Подумала, может, захочешь сегодня погулять. Мы с друзьями идем клубиться, и я подумала, если ты не занята, то возможно захочешь присоединиться.
– Клубиться? В каком смысле клубиться? – спросила Мифани.
– В каком?
– В смысле что-то покурить?
– Ты о чем? – спросила девушка, чей мир составляла не только сверхъестественная безопасность.
– А ты? – спросила девушка, чью светскую жизнь составляли, преимущественно, редкие выходы на обед и посещение мест, захваченных паранормальными вредителями.
– Сходить в клуб… потанцевать.
– А-а… м-м, – осторожно проговорила Мифани.
– Что-то маловато энтузиазма. – Голос Бронвин показался слегка уязвленным.
– Да нет, – поспешно возразила Мифани. – Просто мне кажется, я никогда не ходила клубиться.
– Правда? Ах, ну да, – спохватилась Бронвин, вспомнив легенду, которую рассказала ей Мифани. – Ну, тогда тебе стоит сходить. В смысле сейчас подходящий случай, а мама всегда говорила, что девочки Томас рождены танцевать. Только… – Она неловко осеклась.
– Что? – спросила Мифани.
– Ну, я только что вспомнила, что ты… боялась куда-то выходить.
«Что? – подумала Мифани растерянно. – А, точно. Моя мнимая агорафобия».
– Нет, мне в самом деле стоит попробовать, – твердо заявила Мифани. – Дай я только проверю кое-что.
«И найду способ улизнуть отсюда без сопровождения».
– Я тебе перезвоню.
Сестры договорились, что Мифани позже скажет точно, а если она все-таки пойдет, то у Бронвин не будет завышенных ожиданий по поводу танцевальных способностей Мифани.
– Ингрид, у меня сегодня вечером никаких встреч не планируется? – спросила Мифани по громкой связи.
– Вы же знаете, ладья Томас, все встречи согласовываются со мной, – резко ответила секретарь.
