Чайка подошла к аэросаням и заглянула внутрь.
– Ек-макарек! – Девушка присвистнула. – Кто это сделал? Кто?
– Надо посмотреть. Может, там написано: «Вася и Серега были здесь», – сказал Пес и сам прыснул в кулак от своей шутки.
Чайка фыркнула.
– Нашел, блин, время хохмить.
– Это всегда вовремя, – парировал сталкер и первым полез в кабину саней. Алиса принялась карабкаться следом.
В этот момент с заднего сиденья раздался сдавленный стон, и скрюченная рука показалась над спинками передних сидений.
Игнат чертыхнулся и вскинул ружье.
– Не двигаться, стрелять буду! – зарычал сталкер.
– Стреляй! – прошипела Алиса на ухо мужу. Но Пес не решился надавить на спусковой крючок. Палить из ружья в таком тесном пространстве было опасно. К тому же сталкера давно мучил вопрос, кто же все-таки угнал их транспорт и зачем.
Лежавший на заднем сиденье, перестал стонать и замер. Игнат протиснулся между передними креслами и оказался лицом к лицу с неизвестным.
Это, без сомнения, был человек. Явные мутации в глаза не бросались. Дикарь был одет в звериные шкуры, лицо его заросло густой щетиной, волосы были растрепаны и всклокочены. Когда он открыл рот, Игнат увидел кривые, желтые зубы. Незнакомец выглядел так же, как все лесные обитатели, которых сталкеру доводилось видеть.
– Ну, и кто ты такой, урод? И че забыл в наших санях? – Игнат навел ружье на дикаря, но палец со спускового крючка убрал, чтобы не выстрелить случайно.
Тот хотел что-то сказать, но не смог: зашелся надсадным кашлем. Он кашлял несколько минут без остановки. В кабине саней было так же холодно, как и снаружи. Дикарь страшно замерз. Алисе даже стало жаль лесного жителя.
– Может, дать ему попить? – Во фляжке Игната оставалось немного воды.
– Перебьется, – процедил сталкер сквозь зубы.
– Знач, так. Или ты говоришь, или свинцом подавишься. – Он направил ствол ружья прямо в рот дикарю. И незнакомец заговорил.
Себя дикарь назвал Тумаком. Игнат не стал уточнять, имя это или прозвище.
«Да хоть Дубак», – подумал он про себя.
Речь Тумака была ужасно косноязычна, время от времени скатывалась на междометия, но общий смысл был понятен. Что в питерском метро, что в бункере «Кирпичного завода» Цицероны не водились. В новом суровом мире изящная литературная речь встречалась так же редко, как исправные компьютеры, так что к примитивным идиомам Игнат был привычен. Пес внимательно слушал, время от времени перебивал бессвязный монолог, задавал вопросы.
Ни о какой крупной общине дикарей в районе Свирской губы лесной обитатель никогда не слышал. В этих краях вообще почти никто не жил, кое-где попадались небольшие поселения, жители которых едва отбивались от диких зверей. О нашествии на Всеволожск Тумак тоже не знал.
– Это не мы. Нет, это не мы! – повторил он несколько раз.
– Но ведь пленный дикарь… Тот, которого захватили после битвы… Он же говорил, что у них там мощная база… – промолвила Алиса, которая тоже внимательно слушала рассказ.
– Мы его не допрашивали, – заметил на это Игнат. – А Вилков тот еще ублюдок, мог и соврать…
– Господи… – простонала Чайка и закрыла лицо руками.
Появление аэросаней местные жители заметили почти сразу. Они дождались, когда Игнат, Алиса и Павел уйдут, подкрались к саням и завладели транспортным средством, даже смогли его завести.
– И куда ж вы ехали? – Пса больше всего интересовало, какое место являлось целью дикарей.
Вместо ответа Тумак пожал плечами.
– Ясно. Решили мотать, куда глаза глядят, от этого проклятого купола, – проворчал Игнат. – Дружки-то твои где?
– Поругались. Бросили. Избили, – отозвался дикарь.
«Видать, его поэтому так и зовут. Часто тумаки получает», – подумал сталкер.
Тумак снова зашелся кашлем. Игнат убрал ружье. Опасности дикарь не представлял, да и спрашивать у него еще что-то смысла не имело.
– Че будем с ним делать? – обратился Пес к Алисе. Они выбрались из кабины на улицу, чтобы Тумак не услышал их разговор.
Девушка ответила не сразу. Пока они шли через озеро и отбивались от песцов, Чайка не раз помянула недобрым словом угонщиков, которые лишили их простого и удобного транспорта. Но сейчас, выслушав рассказ Тумака, Алиса прониклась к дикарю сочувствием. Жизнь в бункере на этом фоне казалась ей раем. А если учесть, что под боком возникла зловещая аномалия… Тумака и его сородичей можно было понять.
– Да че тут думать, детка? Пристрелить – и всего делов, – процедил сталкер сквозь зубы. – Или просто бросим. На кой хрен он нам?
– Нет, даже не думай, – Чайка сжала кулаки и надвинулась на мужа. – Он через такое прошел! Его оставили умирать тут, посреди снежной пустыни…
– Его же друганы, – договорил Игнат за Алису. – А нам он вообще чужой. Не хватало еще возиться с каким-то оборванцем.
Но Чайка твердо стояла на своем.
– Нет, Игнат! Довольно крови. Довольно смертей. Его надо взять с собой. Он может быть полезен…
– Детка, опомнись! – наседал на девушку сталкер. – Они убили Михалыча! Убили, ты поняла?!
– Я знаю. Но нас всего двое. Втроем надежнее. Ему не привыкать ходить по лесу.
