– Спасибо, – Марго приложила цветы к губам и, вздохнув, прикрыла глаза. – Как трогательно! Белые, белые розы. Жаль только, что почти не пахнут.
Метрдотель проводил нас за столик и подал меню. Столик был стеклянный, без скатерти. На его бледно-матовой поверхности отражалась витиевато изогнутая высокая свеча. Сомелье принес толстенную карту вин. Посовещавшись с ним, моя спутница заказала белое калифорнийское шардоне:
– Отлично дополнит жареную семгу под сливочным соусом с красной икрой, – пояснила она. – Ты не будешь возражать, если я тебя сегодня угощу?
– Нет, – ответил я, понимая, что сопротивляться желанию королевы глупо, к тому же еще и невыгодно.
– Тебе интересно, что я делала в банке? – спросила Марго, играя перламутровыми жемчужинами.
– Как ты догадалась?
– Вопрос написан у тебя на лбу. Мужчины страшно подозрительны по своей природе.
– Просто они уязвимее, чем женщины.
– Уязвимость – это слабость?
– Вовсе нет. Мужчины сильнее женщин, однако их легче ранить. Вероятно, это происходит потому, что они хотят более часто и более страстно…
Оставив намек без ответа, Марго сказала:
– У риэлтерской фирмы, которой я руковожу, открыт счет в этом банке. Все банально и просто.
– Так вот почему при первой встрече в казино твое лицо показалось мне знакомым, – догадался я. – А я-то думал, где видел тебя раньше.
– Они встречались каждый день, но не замечали друг друга… – продекламировала Марго. – Теперь, мистер Джек, твоя очередь выдавать свои тайны.
– Я встречался с банкиром. Оформляю кредит, чтобы выкупить контрольный пакет одной фабрики.
– Крупная фабрика?
– Не очень – скорее, большая мастерская в пригороде.
– Будешь выпускать велосипеды или инвалидные коляски?
Не найдя, чем отразить ее колкость, я честно признался:
– Буду сдавать в аренду и бездельничать, а если не выйдет, продам свою половину.
Сомелье принес вино и налил немного для пробы в бокал Марго. Чуть слышное цоканье языка подтвердило ее удовлетворенность выбором. Бледно-золотистая жидкость наполнила измученные жаждой бокалы.
– Безделье – это прелестно, – мечтательно сказала Марго. – Но будь осторожен, мистер Джек, сейчас за недвижимость все готовы друг другу глотки перегрызть.
– A la guerre comme a’la guerre – «На войне как на войне», – браво козырнул я французской пословицей, выученной в армии.
– Тогда за твою удачу. – Марго подняла бокал, пристально глядя на меня. Ее взгляд настораживал. Так обычно смотрят, когда принимают какое-то серьезное решение или хотят сказать что-то важное, но не решаются.
– Удача точно не помешает, – согласился я.
Стеклянные краешки бокалов обменялись звоном. Мы сделали по глотку. От ледяной свежести вина перехватило горло.
Кафе постепенно заполнялось гостями. Со всех сторон доносился смех, обрывки разговоров и звяканье посуды. Марго несколько минут разглядывала посетителей, затем с легкой грустью сказала:
– Смотри, сколько людей, и в основном парами. Как ты думаешь, о чем они разговаривают?
– Не знаю, – буркнул я, все еще досадуя на свое упрямство.
– Мне кажется, они и сами порой не знают, – промолвила Марго. – Болтают о какой-нибудь ерунде. Спроси, о чем они говорили час назад, и не смогут ответить.
Я невольно прислушался к голосам за соседними столиками.
– Представляешь, если бы мы каждый день с тобой о чем-то разговаривали, а следующим утром уже не могли вспомнить, о чем? – продолжала она.
– Утром? В постели? Не представляю…
– Мистер Джек, разговор не о сексе, разговор совсем о другом, – Марго даже не улыбнулась шутке. – Чувствовать важнее, чем говорить. Подумай о самых радостных событиях в своей жизни – разве ты помнишь слова? Нет, ты помнишь чувства, запахи, вкусы…
– Предлагаешь молчать? – довольно грубо переспросил я, неожиданно ощутив себя полной бездарностью без единой философской мысли в голове.
– Я ничего не предлагаю, просто рассуждаю вслух. А ты сразу напрягся, словно от тебя чего-то требуют.
– Я не напрягся, просто думать не хочется.
– А ты не думай – сиди и слушай. Знаешь, как женщине важно, чтобы ее слушали.
– Представляю, – пробормотал я и добавил в оправдание: – Последние несколько дней выдались довольно напряженными. Я ждал известий, точнее, решения от одного человека, а он куда-то запропастился. А решение очень важное для сделки с этой фабрикой. Так что…
Я не договорил и, вздохнув, выпил остатки вина.
Марго слушала, склонив голову набок и покручивая тонкими пальцами ножку бокала.
– Всем нам приходиться ждать, всем приходится выбирать. И иногда выбор бывает нелегким. В бизнесе порой сложнее, чем в покере, – снисходительно произнесла она, так пристально глядя на меня, что, казалось, именно моя жизнь стояла на кону.
Я опустил глаза, взял бутылку вина и наполнил свой бокал.
– Налей и мне, – попросила Марго. – Не люблю, когда остается на донышке. За что будем пить, мистер Джек? За выбор или за ожидание?
– Лучше за ожидание. Для меня почему-то выбирать всегда тяжело, особенно когда вокруг столько соблазнительного.
