– Сойдет, – глухо произнесла Марго, поставила карабин к стене и протянула мне нож, держа его за лезвие. – Надо перерезать горло, чтобы вытекла кровь. Ты же хотел без крови.
Я молча взял нож.
– Опять проблемы? – Марго взяла из моих рук бутылку виски.
– Никаких, – я пожал плечами, зачем-то сплюнул, но направился не к дереву, а к «Шевроле», чувствуя спиной удивленный взгляд. Уж чего-чего, а барана я раньше резал – не сам, конечно, а помогал. Мне не нравилось лишать кого-то жизни. Другое дело, когда это необходимо для пропитания.
Я переоделся в спортивную куртку и вернулся к дубу. Мертвая овца лежала с открытым ртом. На боку по серой шерсти растекалось кровавое пятно, смешиваясь с сухими коричневыми листьями. Некоторое время я разглядывал животное, принесенное в жертву. В жертву чему? Потом обернулся, полагая, что наткнусь на презрительный взгляд, но ошибся. На меня смотрело дуло карабина. По спине пробежала дрожь. Донесся щелчок предохранителя. Я отвернулся, присел и приподнял голову овцы.
В небе щебетали птицы.
Острый нож послушно разрезал горло. Кровь лениво заструилась по травинкам, нехотя впитываясь в песок. Время остановилось.
– Надо сделать разрез пошире, иначе вся кровь не вытечет, и мясо будет невкусным. – Марго неслышно подошла сзади. – Я уж подумала, что ты решил сбежать, когда пошел к машине.
– Не хотелось пачкать любимую куртку, – ответил я, делая разрез глубже и больше. Кровь полилась быстрее. На мокрые руки налипла шерсть. Пришлось плеснуть на них виски и вытереть носовым платком.
– Ну, как ощущение под прицелом? – спросила она.
– Я тебе доверяю, хотя все равно неприятно. Разделывать овцу дальше? – во мне проснулся охотник.
– А ты сможешь? – Марго присела рядом и заглянула в глаза.
– Смогу.
– Верю. Но не надо. Хозяин фермы сделает быстрее и лучше, это его работа. Он привезет нам готовые куски. А мы пока разведем огонь и все приготовим. Поехали.
Я не упирался. Возбуждения хватало и так, без сдирания шкуры и вытаскивания внутренностей. Сердце сильно качало кровь. Пара глотков виски расслабили, успокоили. Мир вокруг снова стал таким же, как до выстрела: небо – голубым, с белыми облаками, воздух – чистым, с примесью запаха дыма, женщина – вызывающей желание заняться любовью. Жаль, что нельзя постоянно быть немного пьяным.
Оставив убитую овцу у дерева, мы сели в дремлющий «Шевроле» и двинулись дальше.
– Легче всего убить, когда тебе доверяют. Доверие притупляет осторожность. Вот дикие животные, в отличие от домашних, никому не доверяют, – сказала Марго, прикуривая сигарету.
– Тогда им трудно. Без доверия жить очень нелегко.
– Не знаю. Мне кажется, наоборот. Доверчивым быть опасно, – задумчиво сказала Марго и указала на дорогу. – За тем поворотом будет дом подруги. Только осторожно, там справа глубокая выбоина. Мы с сыном часто проводим здесь выходные. Надеюсь, вы подружитесь с ней.
– Так она тоже будет с нами? – я не смог скрыть некоторого разочарования.
– Да. Тебя это не устраивает?
– Нет, все в порядке. Втроем, так втроем.
«Шевроле» весело прыгал на кочках проселочной дороги.
Подруга оказалась симпатичной полноватой брюнеткой. Она приветствовала меня как старого знакомого. Приглядевшись, я узнал женщину-юриста из банка, которая приносила договор залога акций в кабинет банкира. На ней тогда был синий костюм и косынка на шее. Мир тесен!
Дом был довольно старым, но уютным и со всеми удобствами, салаты – вкусными, и даже без майонеза. Пикник на природе удался. Подруги пили вино и мило болтали, не тяготясь тем, что я совсем не участвовал в разговоре, а жарил мясо. Время пролетело незаметно. Пока съели мясо, пока обсудили последние фильмы, пока допили вино, небо за окном стало серым. Пришло время возвращаться.
– Зачем все это? – спросил я Марго, когда мы ехали обратно.
– Что – это?
– Овца. Карабин. Стрельба.
– Кровь возбуждает. Разве нет?
Услышав мое невразумительное поддакивание, Марго расхохоталась.
– Ты смешной, мистер Джек. Настоящий охотник… на овец. В шляпе. Дай примерить. – Марго надела шляпу. – Мне идет?
– Великолепно, – пробухтел я.
– А шляпа велика, – Марго скинула ее, достала с заднего сиденья бутылку бурбона и отхлебнула. – Если честно, мне очень захотелось увидеть тебя живым – не в ресторане, не в казино, а в лесу. Только нестандартная ситуация дает возможность узнать и понять другого человека. Понимаешь, о чем я?
– Да, – ответил я, не отрывая взгляд от дороги. «Шевроле» летел со скоростью больше ста сорока километров в час. За окном мелькал уныло-серый пейзаж пригорода с цветными вставками ярко раскрашенных торговых центров и маркетов.
– Ты очень… очень воинственно смотрелся с ножом, – Марго хотела сделать глоток виски, но передумала и спросила: – А ты мог бы убить человека?
– Не знаю. Вряд ли.
– Даже если бы он тебя сильно обидел?
Я пожал плечами.
– Или обокрал, – настаивала королева.
Мне было трудно представить себя в роли убийцы. Для смерти должна быть очень веская причина, именно «смертельная». Возможно, если бы кто-то поднял руку на мою дочь…
