Продолжение книги «Чужая».
И горе мне, если впал я в безмолвие или уставился на лик луны.[2]
До Черной башни оставалось не более двух сотен шагов, когда воздух полыхнул десятками портальных вспышек и оттуда как из рога изобилия посыпали неупокоенные.
Первого зомби Драгва обезглавил, находясь еще в седле своего могучего шестилапа. Не успела отсеченная человеческая башка с остатками рыжих волос шлепнуться в грязь, лагориец спрыгнул со спины зверя, предоставляя себе и ему максимальную свободу действий.
Верный шестилап не преминул воспользоваться данным обстоятельством — молниеносный удар могучей когтистой лапы, и еще один подъятый посредством темной волшбы мертвец взмыл высоко в воздух и, пролетев с десяток саженей, рухнул в грязную лужу недвижимой кучей переломанных костей и смрадной плоти.
«Проклятый мир, проклятые зомбяки, проклятые Темные! — с ненавистью подумал рыцарь-инквизитор, успев при этом развалить от макушки до паха весьма шустрого мертвяка, норовившего пропороть ему бок основательно вымазанными в коровьем навозе вилами. — Да чтоб вас всех Вывороть поглотила!»
В следующий момент на Драгву навалились сразу трое, вооруженных копьем и мечами очень шустрых мертвяков. Похоже, эти были при жизни воинами. Уйдя из-под удара копья, рыцарь ловко прошмыгнул под руку одного из мечников и неуловимым движением перерубил ему сразу обе ноги. Затем в мгновенье ока развернулся и нанес удар копьеносцу поперек груди снизу вверх, разрубив его на две половины. Третий попытался достать рыцаря своим мечом, но, получив удар в живот подкованным сапогом, отлетел на несколько шагов и шлепнулся в грязь. Впрочем, столь неудачное падение ничуть не обескуражило его. Жуткое порождение дьявольской фантазии Темных Властителей жаждало свежей крови и вкусной плоти, поэтому ничто на свете не способно было остановить его на пути к заветной цели. Поднявшись на ноги, мертвец задрал голову к хмурым истекающим противной ледяной влагой небесам, громко и тоскливо завыл по-волчьи, затем с удвоенной энергией бросился на инквизитора. Но Драгва был готов к его броску и встретил врага легким будто взмах крыла бабочки ударом своего широкого полуторного меча — излюбленного оружия лагорийских рыцарей-инквизиторов.
Следует отметить, это был не простой меч. Едва его хозяин вступил в схватку с магическими созданиями, на полированном до зеркального блеска зеленоватом лезвии выступили огненные руны, и по мере того, как сраженные этим чудесным оружием враги падали на землю, знаки разгорались все ярче и ярче. Вскоре все лезвие светилось как раскаленный добела кусок железа, вот только никакого тепла от него не исходило, лишь чистый свет, весьма губительный для оживших покойников.
Пока инквизитор успешно отбивал натиск мертвецов, его шестилап также времени не терял даром. Толстая шкура и длинный мех зверя служили ему прекрасной защитой от мечей, копий и даже арбалетных болтов, а длинные острые когти были отличным оружием. Разошедшись не на шутку, он поднимался на задние лапы, передними сгребал зомбяков по двое-трое, после чего с остервенением начинал рвать гниющую плоть и ломать кости.
Нельзя сказать, что рыцарь не был готов к нападению, и все-таки он не ожидал столь яростной атаки. По этой причине ему понадобилось некоторое время, чтобы окончательно собраться. Войдя в боевой транс, он раскрутил свое грозное оружие, сам двинул на тупо прущую толпу.
Он рассчитывал, прорубив широкую просеку в плотной массе подъятой из своих могил нежити, добраться до входа в башню, поскольку конечной целью его долгого путешествия были все-таки не схватка с порождениями нездоровой фантазии Темного Владыки, а сам хозяин Черной башни. Драгве и его верному шестилапу удалось преодолеть примерно половину пути, и тут земная твердь перед ними сначала резко вспучилась, разбрасывая в разные стороны комья земли вместе с неупокоенными мертвяками, затем разверзлась, а из распахнувшегося зева хлынул живой шуршащий поток похожих на жуков насекомых тварей. Каждая размером примерно с ладонь взрослого мужчины и вооружена внушительного вида челюстями. В эффективности такого оружия Драгва получил возможность тут же убедиться, поскольку тела ранее поверженных врагов мгновенно и без остатка усваивались этими ненасытными тварями.
