Обычный программист Антон Видолга встречает странного человека, работавшего с его дедом в Королёвском НИИ. Тот утверждает, что его дед погиб не в аварии, а во время засекреченного полета к Луне. Руководил же таинственной экспедицией загадочный академик Миланевский. Пытаясь больше узнать о своём деде, Антон и не догадывается, какие опасности его подстерегают и какие интересные встречи ждут. Автор обложки Евгений Бочаров.
Шесть маршевых двигателей запускаются в режим предварительной тяги, и если не обнаружится сбой, то уже на форсаже последует пуск.
Кабину корабля озаряют алые блики. В иллюминаторах лазурное безоблачное небо сдавливается тисками густого бурого дыма. Ракету охватывает дрожь и, кажется, ты сидишь на готовой вот-вот выскочить пробке от преисподней, освободив орду разъяренных демонов.
За последнюю секунду перед стартом как табакерочные чёртики появляются предательские мыслишки.
— Что я здесь делаю?! Разве не безумие восседать на тоннах ядовитой, готовой взорваться дряни?! От чего вместо меня не взять ещё одного летуна, готового отправиться в космос хоть на метле?!
— Ключ подъёма!
В адской тряске не чувствуется отрыв от стартового стола, только пришедшая в движение секундная стрелка часов извещает о начале экспедиции.
На резинке раскачивается взятая у сына игрушка — румяный, упитанный малыш в скафандре и шлеме с размашистыми буквами «СССР». Врешь, парень! Мы летим в костюмах мало отличающихся от тренировочных. При аварии толку от них как от солнечной батареи в деревенском сортире. А для погребального костра, о котором и не мечтал самый могущественный викинг, достаточно замыкания в километрах кабелей, микроскопической трещинки в лабиринте трубопроводов.
— Прошёл контроль подъёма!
Ощущается наклон и вращение ракеты. Неужели конец?! Нет! Она, всего лишь, ложится на расчётный курс.
Тело наливается тяжестью. Всё труднее пошевелиться, поднять руку, но командир умудряется щёлкать тумблерами на панели управления. Румяный малыш в шлеме уже не раскачивается, а прочно висит на растянутой резиновой струне.
— Двадцать секунд! Давление в топливных баках в норме!
Гуще и гуще становится небесная синева. Все-таки, многое потеряли летавшие на других кораблях без такого роскошного переднего обзора. Зажглась звезда, за ней другая… Трясти стало реже, но сильней.
— Отделение первой ступени!
Ракету подбросило как от удара гигантской кувалды.
— Ушла мягче пары «пятисоток»! — Ухмыляется командир.
Малыш в шлеме продолжает глупо улыбаться. Осталось недолго ждать, когда позабыв про резинку, он запарит в невесомости по кабине.
Небо впереди стало черным, уже различаются созвездия, корабль несётся навстречу тьме.
Присаживаясь за протянувшийся от окна до дальней стены офиса мышино-серый стол и вставляя кабель в сетевой разъём ноутбука, Антон уже предвкушал как после работы откроет коробку с новой моделью «Аполлона-11» фирмы «Dragon».
Обмениваясь юбилейными десятирублёвыми монетами, коллеги-бездельники обсуждали когда и в честь каких городов те выпускались.
Антон уже подумывал разыграть незадачливых нумизматов, подсунув им десять шекелей к юбилею основания Гомморы. Дизайн монеты виделся, как ломящаяся в дверь Лотта нетерпеливая толпа, но тут позвонил курьер интернет-магазина.
Доставивший книги старичок посматривал несколько странно.
— Любите астрономию?! Астрономию… — Спросил он, наконец. — Частенько сюда езжу, а такой роскошный альбом с планетами привез впервые! Да, впервые…
Вежливый голос старательно выдерживал паузы между словами, как бывает у страдающего одышкой.
— Давняя история… В детстве попался отцовский школьный атлас… Мой совсем скучным был, а там в черном небе созвездия, туманности, «Красное пятно» в атмосфере Юпитера… Потом, попалась Перельмановская «Занимательная астрономия», «Сокровища звёздного неба» Зигеля… С тех пор космосом и заболел, даже «Звездочетом» прозвали!
— А тогда почему здесь работаете?!
— Отцовского опыта хватило! Он пошёл по дедовым стопам, трудился над «Бураном». Когда космонавтику с оборонкой залихорадило, он ремонтировал видаки, торговал на Митинском радиорынке. Наконец, ему повезло, нашёл работу в австрийской фирме, специализирующейся на измерительной технике. Ну, а, я занимаюсь ерундой! — Рассмеялся Антон.
— Как это?! — Опешил Ворожейкин.
— Тружусь программистом. Делаю никому не нужные отчеты…
— Так ваш дед… — Прищурился старичок.
— Он участвовал в лунной программе, создавал «Н-1»…
— Да! Вот была ракета, так ракета! Высотой с монумент покорителям космоса! Представляете, какое могло открыться зрелище, установи эту махину в Москве?! Москве… А в изданной в 1985 году энциклопедии космонавтики ей даже не нашлось места!
Представив сверкающий титановой облицовкой памятник, Антон поймал себя на мысли, что венчающая монумент малюсенькая ракета сильно смахивает на немецкую «Фау-2». То ли зодчие посчитали королёвскую «Р-7» не слишком привлекательной для своего творения, то ли, в который раз, вмешалась секретность, и они увековечили прежнюю модель ракеты — прямую наследницу творения фон Брауна.
— Получается, я не ошибся! — Продолжал старичок-курьер. — Меня зовут Кузьмой Сергеевичем Ворожейкиным. Ворожейкиным… С вашим дедом Антоном Викторовичем Видолгой мы вместе работали у Королёва… Обратил внимание на фамилию в заказе, а когда вас увидел… Тот же взгляд, манера говорить… Таким мне и запомнился Антон Викторович!
