— Пошли! — Ро'Тори с щенячьим восторгом прыгал вокруг девушек.
— Ещё минуту! — Эван решительно опустошала холодильную камеру, а Лея наливала воду в пластиковые бутылки.
— Ну что вы делаете, мы же не в поход собираемся! — юный андорец с недоумением уставился на бутерброды, которые Эван аккуратно заворачивала в пластиковую плёнку.
— Ты же первый есть захочешь, — Лея закрыла рюкзак. — По себе знаю. И потом, кто знает, чем всё это может закончиться? Я предпочитаю перестраховаться. Далеко идти?
— Если быстро, то минут десять.
К окончанию сборов снегопад уже практически прекратился, так что слишком тепло одеваться не пришлось. Спустя пятнадцать минут две земные девушки и мальчишка-андорец стояли перед внушительным зданием из коричневатых каменных блоков. Рядом со входом висела огромная бронзовая пластина, объясняющая, что перед ними…
— Исторический Музей, — перевёл Ро'Тори.
Пробраться незамеченными мимо охранников в служебное помещение, а затем и в подвал оказалось совсем несложно. Сложности начались уже на месте.
— Ну и куда нам идти теперь? Ро'Тори, что точно ты слышал?
— «В подвале Исторического Музея», — серьёзно процитировал мальчик подслушанного им предателя-андорца.
— А это что, единственный на всей планете музей? — Лея представила себе возможный ответ и скептически усмехнулась.
— Не-а, просто этот — самый большой, — авторитетно заявил Ро'Тори, — так что Но'варисалу будут выставлять именно здесь, и об этом все знают. Очень удобно подменить.
— Норави… что???
— Но'варисалу. Так называется символ мира.
— А та, которую мы ищем?
— Но'тарисалу. Символ войны.
— А, всё понятно, — сообразила Лея. — Это образовано из двух слов — «но» — весть, вестник, и «варисалу» — мир или конец вражды.
— Подумать только, разница всего в одну букву, — Эван задумчиво рассматривала грубую кладку некрашеных стен и такого же вида пол. И, судя по основательному слою пыли на последнем, нога человеческая… то есть, андорская, здесь не ступала уже лет десять-двадцать.
— Здесь они не проходили, это факт, — согласилась Лея с невысказанными мыслями сестры. — Слушай, Ро'Тори, эти товарищи из музея подвалом, что, вообще не пользуются?
— Конечно, нет! Здание вон, какое большое, вот он ни на что и не пригодился.
— И при этом держат вход в него незапертым?! До такого даже вулканцы бы не додумались…
— Очень жаль, что подвал не используется, — сказала Эван. — Нам бы очень пригодился его план. Или хотя бы моток ниток. Фонарик — он не вечный, знаете ли.
— Зато у нас с тобой появился отличный шанс побывать в шкуре Индианы Джонса, — угрюмо пошутила Лея. — Вот увидишь, скоро изо всех щелей на нас попрут ядовитые змеи и недоеденные ими андорские археологи…
— Ты хочешь сказать, здесь такие ещё остались?
— Ладно, — Лея вздохнула. — Делать нечего. Стоять на одном месте тоже нет смысла. Чтобы не заблудиться, будем использовать «правило правой руки», то есть сворачивать всё время только вправо. Идёт?..
Спорить никто не стал, и некоторое время — довольно долго — они шли только вперёд, никуда не сворачивая (потому что сворачивать было абсолютно некуда) и проклиная себя в уме за легкомыслие.
— Знаете, — Эван посмотрела назад. — Мне это уже не нравится. Мы сейчас находимся где угодно, только не под музеем. При всей его внушительности так далеко он тянуться не может. И потом, за всё время нам не встретилось ни одного поворота, только этот коридор, и всё.
— Какой-то этот подвал… странный, — согласилась с ней Лея. — Ты что-нибудь чувствуешь?
— Что, тоже заметила? Нет, вообще ничего.
— Эй, а вы о чём? — Ро'Тори оглянулся на девушек.
— О своём, о девичьем, — Лея нахмурилась и посветила фонарём назад. — Боже мой!!! Это не подвал, а нуль-пространственный переход какой-то!
Эван направила луч своего фонаря на пол и задумчиво нарисовала на вековой пыли носком сапога знак Звёздного Флота.
— Помоги нам святой Шаттнер! — воскликнула Лея, наблюдающая за этими манёврами. — И что теперь?
— Остаётся только одно — идти вперёд, — пожала плечами Эван. — А что ещё делать?..
Два часа спустя, когда Лея раздражённо предположила, что клингонская стрелка забита не иначе, как на другом континенте, Ро'Тори не на шутку испугался. Вообще, андорцы в эмоциональном плане крайне нестабильны — стоит ли удивляться тому, что мальчишка немедленно начал хныкать, сообразив, в какую ловушку они попали.
— Объявляю привал, — Эван уселась прямо в пыль, чихнула и открыла рюкзак.
— Мы отсюда не выберемся! — проревел Ро'Тори, вытирая нос грязным рукавом.
— Выберемся. Перестань хныкать, — Эван протянула мальчику булочку. — Это куплено в вашем магазине, ешь, не бойся.
— Нет, не выберемся, это Лабиринт… — Эван прямо кожей почувствовала заглавную букву в этом слове.
Хлеб, густо намазанный паштетом, встал у неё поперёк горла и решительно отказался двигаться дальше. Откашлявшись, она спросила, убеждая себя мысленно, что голос сел не от испуга, а от того, что она подавилась:
— Что значит «Лабиринт»?
— Легенда такая. Страшная, её детям маленьким на ночь нельзя рассказывать, а то спать не будут.
