Лаймаргия 9: Эра сумрака полностью

— Господин Паран. Мы будем договариваться, и только в том случае, если это не сработает, мы прибегнем к обдумыванию вашей идеи. — Говорил Джозев, чьё имя должно было заканчиваться на «Ж», поскольку эта задница заткнула все мои приведённые доводы мне же за шиворот. Зугот осадил вояк, не желая отдавать власть в их руки, что, кстати, случится после того, как мы создадим подобных мне. Только с одним маленьким условием. Я пошёл им на уступки и предложил стирать солдатам память, дабы делать из них послушных марионеток. Или же, на крайний случай, внедрять бомбы в их тела.

— Тогда будет поздно. Они узнают, где мы находимся, и придут, чтобы добить. — Отвечаю ему я, стоя у своего места.

— Узнав условия, никто не согласится. Мало кому захочется становиться марионеткой на долгие года. А это, как понимаете, хоть и перспективно, но сильно расходится с видением мира будущего.

— Никакого будущего у вас без солдат не будет.

— Отнюдь, господин Паран. — Этот книжный червь дискутировал и общался со мной подчёркнуто вежливо, не знаю, с чем это связано. Статус, значимость события, одобряющие взгляды окружающих или же попытка меня не вывесить из себя окончательно. Не знаю, но одно могу сказать точно, последнее у него получается с трудом. — В военной мощи космической цивилизации мы не ровня. Или же вы думаете, что у них нет солдат, которые смогут нам противопоставить свою силу? Здесь нужно действовать тоньше, и каждый из здесь присутствующих это прекрасно понимает. Наша раса уже один раз обожглась и потеряла всё.

— Поступайте как знаете. — Махнув рукой, я устал спорить и сдался, за что словил несколько «Дизлайков» в глазах людей в военной форме. Они всё привыкли решать силой, и сейчас их военную власть забирают политики.

— Мне приятно, что нам удалось прийти к консенсусу. А теперь давайте подумаем, друзья, как мы будем проводить беседу с новым для нас видом. Те устои, которые были навязаны фиолами, родившимися на земле, и их графами, к сожалению, нам не подойдут. Тысячелетнее развитие культуры могло свести все их правила, которых они придерживались ранее, на нет.

Джозев начал говорить о каких-то законах и постулатах, касающихся разумных рас вселенной. Я добросовестно пропустил всё мимо ушей.

«Отыграл свою роль, ну и молодец. Я, наверное, даже буду счастлив, если у них всё получится. Снова устроюсь на работу, достану мутации, избавлюсь от силы, от которой обычные люди чуть ли в обморок не падают. Заживу обычной жизнью. Посажу картошку, огурцы, помидоры, разведу хозяйство. Коров, свиней, кур в конце концов. Благо благодаря последним достижениям науки это стало возможным. Мою судьбу решили за меня, и здесь уж лучше не рыпаться. Не моего уровня игра, однозначно. Убить всех, задавить силой? Так всегда найдётся кто-то сильней тебя. Тем же фиолам я противопоставить ничего не смогу» — думалось мне, пока ораторы соревновались в длине своего словарного запаса и умении складывать слова в предложения, используя для этого самые тяжелозначимые, с высокой эмоциональной нагрузкой эпитеты.

Ещё через два часа всё кончилось, и я пошёл домой. Почему-то мне всегда казалось, что война — это бесконечные сражения, драки, взрывы снарядов, как её любили показывать в нашем кинематографе. Хотя что это я? Дали время отдохнуть, значит им нужно воспользоваться по максимуму. Сходить выпить в баре, посмотреть сериал, почитать книгу, поесть вкусной еды, поспать в конце концов.

На обратном пути увидел то, о чём мне говорил Зугот. Почти что пустые улицы, лишь единичные охотники, обвешанные артефактами, проходят мимо и косо поглядывают в мою сторону. Неприятный эффект силы. Также вспомнились люди под окном. Странно, что их совсем не задевала моя сила. Но нечего об этом думать, негативное влияние энергии на неокрепшие тела — неопровержимый факт. Чего только стоит тот ужас, что творится сейчас на поверхности, словами не описать.

Пока шёл, ко мне пришла память ещё нескольких клонов. Они стали выполнять последний приказ, вести мутантов к побережью, и там они столкнулись с фиолами. Несколько из них пытались заговорить с некромантами, но встречали негатив и недружелюбный настрой. Всё это выражалось в заклятиях, испепеляющих тела кукол.

Хотя, возможно, я преувеличиваю, и они считают облитых кровью людей такими же монстрами, как те, что на них нападают. Все попытки заговорить заканчиваются после первых же слов: «Мы пришли с миром» или «Предлагаю переговоры». Звучит не особо убедительно, беря в счёт то, что за всеми говорившими следует армия, желающая вкусить вкусной, мягкой, тёплой, живой плоти.