– Что, ни одного свободного? – переспросил Лакки. – Дайте координаты шлюза и его пеленг!
– Вам придется обождать.
Связь расторгнута не была, но человек на том конце замолчал.
– Слушай, свяжись с Моррисом! – вставил слово Бигмен. – Он им покажет кузькину мать!
– Моррис считает, что я – изменник, – осторожно сказал Эванс. – Не подумает ли он, что ты присоединился ко мне, Лакки?
– Если и так, то в его интересах, чтобы мы оказались в городе, – возразил Лакки. – Нет, похоже, что тот, с кем мы говорили, находится под контролем.
– И не хочет нас впускать? Ты серьезно? – удивился Эванс.
– Вполне.
– Нет способа нас остановить, если, конечно, не… – Эванс побледнел и в два прыжка оказался возле иллюминатора. – Ты прав, Лакки! Они наводят на нас стационарный бластер! Сейчас от нас и пепла не останется!
Бигмен очутился рядом с Эвансом. Да, никакой ошибки. Секция купола отходила в сторону, и там, сколь ирреальным это ни казалось, сквозь толщу воды, показалась приземистая труба.
Бигмен видел, как ствол опускается все ниже и ниже. «Хильда» не вооружена. Да и то набрать скорость и уйти от выстрела она уже не могла, не было времени. Казалось, смерть неизбежна!
Но едва только желудок Бигмена успел сжаться от ужаса, раздался невозмутимейший голос Лакки, настойчиво повторявшего в микрофон:
– Подводная лодка везет в Афродиту керосин… Подлодка «Хильда» возвращается с грузом керосина… В Афродиту прибывает «Хильда» с грузом керосина… В Афродиту прибывает «Хильда», везущая керосин… «Хильда»…
Приемник зашумел и ответил:
– Дежурный по шлюзу Клемент Гербер слушает, – его голос был встревожен, – что случилось? Клемент Гербер…
Лакки вздохнул, переводя дух, и лишь этим выдал свое напряжение.
– Подлодка «Хильда» запрашивает вход в Афродиту, – повторил он. – Назначьте шлюз.
– Используйте пятнадцатый. Даю пеленг. У нас тут, похоже, какая-то белиберда…
– А теперь, – сказал Лакки Эвансу, вставая с места – давай веди поскорее лодку в город.
Он кивнул Бигмену и вышел с ним в другое помещение.
– Как это, как… – бормотал, будучи не в силах остановиться, Бигмен.
Лакки вздохнул и пустился в объяснения.
– Я подумал, что В-лягушки постараются не пустить нас в город, поэтому о керосине я подумал заранее. Но я вовсе не предполагал, что они затеют наводить на нас пушку. Это уже бандитизм просто какой-то. Я стал сомневаться даже, что керосин поможет.
– Но как он может помочь?
– Тот же самый углеводород. Я им объяснял это мысленно. Они клюнули и оставили людей на контроле в покое.
– А откуда им знать, что такое керосин?
– Говорю же тебе, объяснил им мысленно. Представлял эту штуку в уме изо всех сил. Но хватит об этом, – голос Лакки стих до шепота. – Если они готовы утопить нас в океане, если они решили расстрелять нас тут, значит, – они в полном отчаянии. То есть – мы среди постоянной опасности. С этим пора кончать, и нам следует вести себя исключительно точно. Любая ошибка с нашей стороны будет непоправимой.
Лакки достал ручку и торопливо написал на листке несколько слов.
– Вот что ты сделаешь, когда я подам тебе знак, – сказал он, протягивая листок Бигмену.
– Но, Лакки, – глаза Бигмена округлились.
– Тссс! Ни слова вслух!
– Но ты уверен?
– Надеюсь, что да, – по лицу Лакки скользнула тень озабоченности. – Земля знает о В-лягушках все, с человечеством им не сладить, но на Венере они вполне способны наломать дров, Мы должны им помешать. Ты понял, что должен делать?
– Да.
– Тогда… – Лакки смял листок, скатал в шарик и сунул его себе в карман.
– Мы в шлюзе! – крикнул Эванс. – Через пять минут будем в городе.
– Вот и отлично, – кивнул Лакки. – Соедини-ка меня с Моррисом.
Они сидели в комнате венерианского Совета. В той самой комнате, вспомнил Бигмен, где он впервые увидел Лу Эванса. И кстати, В-лягушку. Бигмена передернуло: здесь эти твари впервые бессовестным образом влезли в его мозг.
Комната выглядела как прежде, за одним исключением. Исчезли аквариум с лягушкой и тарелка с кормом для нее, столы были пусты.
Моррис указал на это, едва они вошли в комнату. Его пухлые щеки обвисли и позеленели, под глазами появились круги. Рукопожатие было неуверенным. Бигмен тщательно установил на столе то, что принес специально сюда.
– Вазелин, – торжественно сообщил он собравшимся.
Лу Эванс сел, его примеру последовал и Лакки, один Моррис продолжал расхаживать взад-вперед.
– Я убрал всех лягушек из этого здания, – сказал он. – Но это все, что я мог сделать. Не мог же я потребовать от горожан, чтобы они расстались со своими любимицами. Да еще – безо всяких на то объяснений. А что я им могу объяснить?
– Ну, этого вполне достаточно, – примирительно сказал Лакки. – Только давайте во время беседы постоянно смотреть на эту баночку. Постоянно помните о ней, держите ее образ в своих мыслях.
– Вы считаете, это поможет? – Моррис выглядел недоверчивым.
– Думаю, поможет.
Моррис остановился перед Лакки.
– Послушайте, – начал он неожиданно резко. – Послушайте, Старр, я не могу поверить в ваши рассказы. В-лягушки живут в городе уже давно. Они здесь чуть не с самого начала его строительства.
