— Я хочу сказать, что никто не занимался этой проблемой. Никто не рассчитывал напряжения — до последнего часа. Я сделал это, просто чтобы занять время. У меня был с собой компьютер. Он у меня всегда с собой. Поэтому я ввел несколько допущений и принялся за работу.
— Перегородка не выдержит?
— Не могу сказать определенно. Не знаю, насколько верны мои допущения, но, думаю, она не выдержит. Нет, не выдержит. Что же нам делать? Если перегородка не выдержит, Афродита погибла. Весь город. Вы, и я, и еще четверть миллиона людей. Все. Все эти толпы, которые так возбуждены предстоящим зрелищем, все они обречены, если тот человек потянет за рычаг.
Старр с ужасом смотрел на него.
— И давно вы это знаете?
— С полчаса. Но что я могу сделать? Нельзя надеть подводные костюмы на четверть миллиона человек! Я собирался поговорить с Моррисом, может, спасти наиболее ценных людей или женщин и детей. Не знаю, как выбирать тех, кого нужно спасать, но, может, что-то еще можно сделать. А вы как думаете?
— Не знаю.
Инженер, терзаясь, продолжал:
— Я подумал, может, самому надеть костюм и убраться отсюда. Вообще выбраться из города. Сейчас охрана на шлюзах не так внимательна.
Дэвид попятился от дрожащего инженера, глаза его сузились.
— Великая Галактика! Я был слеп!
Он повернулся и выбежал из комнаты, мозг его был захвачен невероятной мыслью.
У Верзилы в суматохе закружилась голова. Он упрямо держался за бесконечно перемещавшимся Моррисом и переходил от одной группы людей к другой, слушая разговоры, большую часть которых не понимал из-за своего незнания Венеры.
Моррис действовал безостановочно. Каждую минуту новый человек, новый доклад, новое решение. Прошло всего двадцать минут, как Верзила убежал за ним, а уже с десяток планов был обсужден и отвергнут.
Человек, только что вернувшийся из опасного сектора, отдуваясь, говорил:
— На него удалось послать направленный луч, мы до него добрались. Он сидит, сжимая рычаг в руке. Сейчас мы передаем голос его жены, сначала по радио, потом по общественной системе, а затем через громкоговоритель. Не думаю, чтобы он слышал. Во всяком случае, он не двигается.
Верзила прикусил губу. Что бы сделал на его месте Счастливчик? Первое, что пришло в голову Верзиле, это подобраться к тому человеку — его имя Поппноу — и пристрелить. Но эта же мысль приходила и другим и была отвергнута. Человек с рычагом заперся изнутри, а помещения, из которых контролировался купол, были очень прочными и предохранялись от вмешательства снаружи. Каждый вход снабжен системой сигнализации, которая питается изнутри. Теперь эта предосторожность действовала в обратном направлении — она увеличивала опасность для Афродиты, а не уменьшала ее.
При первом же сигнале, при первом же звонке, Верзила был в этом уверен, рычаг дернется и венерианский океан ворвется в Афродиту. Не стоило рисковать, пока эвакуация полностью не завершилась.
Кто-то предложил использовать отравленный газ, но Моррис покачал головой без объяснений. Верзила решил, что знает, о чем подумал венерианин. Человек с рычагом не болен, не сошел с ума, не злобен от природы; он находится под контролем. Значит, существуют два противника. Человек с рычагом сам по себе может ослабеть от газа так, что физически будет не в состоянии дернуть за рычаг, но до этого его слабость отразится в мозгу, и тот, кто его контролирует, приведет в действие свое оружие до того, как его мышцы выйдут из строя.
— Чего они ждут? — негромко простонал Моррис, а пот ручейками стекал по его щекам. — Если бы можно было направить на него атомную пушку.
Верзила знал, почему и это невозможно. Атомная пушка потребует такой энергии, что уничтожит весь купол, то есть навлечет ту самую опасность, против которой они борются.
Он подумал: «Где же Счастливчик?» А вслух сказал:
— Если нельзя добраться до этого парня, то как насчет приборов?
— Что вы имеете в виду? — спросил Моррис.
— Отключить энергию. Ведь она нужна, чтобы управлять рычагом.
— Хорошая мысль, Верзила. Но у каждого шлюза автономный источник энергии, расположенный в нем самом.
— А его нельзя отключить снаружи?
— Как? Он там внутри, и каждый квадратный фут защищен сигнализацией.
Верзила взглянул вверх, как будто мысленно видел нависший над ними могучий океан. Он сказал:
— Это герметически закрытый город, как на Марсе. У нас воздух накачивают. А у вас?
Моррис поднес ко лбу платок и медленно вытер его. Он смотрел на маленького марсианина.
— Вентиляционные трубопроводы?
— Да. Ведь один такой должен быть внутри шлюза?
— Конечно.
— А нет ли в нем такого места, где бы можно было перерезать проволоку или вообще что-нибудь сделать?
— Минутку. Если просунуть в трубопровод микробомбу вместо ядовитого газа…
— Этого недостаточно, — нетерпеливо сказал Верзила. — Пошлите человека. Ведь в подводном городе большие трубопроводы. Пройдет ли через них человек?
— Для этого они слишком велики, — сказал Моррис.
Верзила болезненно сглотнул. Следующее заявление ему дорого стоило.
— Я не так велик, как остальные. Может, пройду.
