Мэриен была спокойна, но чувствовала, как ее вновь охватывает отчаяние, проникая в каждую клеточку тела, словно растворяющаяся в крови седативная таблетка.
– Дункан, ты не мог бы пойти со мной и поговорить с Питером? Вряд ли я могу сама, я не знаю, что ему сказать, и он вряд ли меня поймет…
– Ну, нет! Ты не можешь меня об этом просить. Какое я имею к этому отношение? Это же будет иметь катастрофические последствия, понимаешь? В смысле – для меня. – Он обеими руками обхватил себя, выставив локти.
– Пожалуйста! – взмолилась она, зная, что он откажется.
– Нет, – твердо сказал он. – Это неправильно.
Он оглянулся и уставился на отпечатки их двух тел в снегу. Потом наступил на них – сначала на свой, а потом и на ее, разравнивая ногой снег.
– Иди сюда! Я покажу тебе, как вернуться!
И он повел ее дальше. Они вышли к дороге, которая сначала бежала вверх по склону, а потом резко уходила вниз. Внизу виднелось широкое, отлого поднимающееся шоссе, а вдалеке еще один, знакомый ей, мост, по которому двигался состав подземки. Теперь она поняла, где находится.
– Ты даже не проводишь меня туда?
– Нет. Я еще немного побуду тут. А тебе надо идти.
Он произнес эти слова так, словно прогонял ее. А сам повернулся и зашагал прочь.
Машины летели по шоссе. Пройдя по склону холма примерно половину пути до моста, Мэриен оглянулась. Она думала, что он уже исчез в белой пустоте лощины, но он еще виднелся там: черная фигурка на снежном фоне, склонившаяся над краем пропасти и всматривающаяся вниз.
Мэриен недавно вернулась домой и возилась с молнией платья, пытаясь ее расстегнуть, когда зазвонил телефон. Она знала, кто звонил.
– Алло?
Голос Питера был ледяным, злым.
– Мэриен, где тебя черти носили? Я всех обзвонил. – Судя по голосу, у него было тяжкое похмелье.
– О, – как ни в чем не бывало проворковала она. – Я кое-где была. В смысле, не дома.
Тут он не выдержал:
– А какого черта ты сбежала с вечеринки? Ты мне испортила вечер, ясно? Я искал тебя, чтобы сделать групповой снимок, не нашел, и, конечно, не мог устроить скандал у всех на глазах, но когда все разошлись, начал тебя искать везде где только можно! Мы с твоей подружкой Люси сели в машину и объездили все улицы в округе и звонили тебе домой раз десять, мы очень беспокоились. Очень мило с ее стороны, что она приняла в этом участие, и как же приятно осознавать, что не перевелись еще
«Уж это точно», – подумала Мэриен с мимолетным чувством ревности, вспомнив серебряные веки Люси, но вслух сказала:
– Прошу тебя, Питер, не волнуйся. Я просто выскочила на минутку подышать свежим воздухом, и кое-что случилось, вот и все. Тебе не о чем волноваться! Никакой катастрофы не произошло.
– Что значит не волнуйся? – воскликнул он. – Нельзя шляться по улицам по ночам! Тебя же могли
«Ах да», – подумала она. У нее это напрочь вылетело из головы.
– Ну, я в полном порядке!
– И где же ты была? Когда стало ясно, что тебя нет дома, я начал опрашивать гостей, не видели ли они тебя, и должен сказать, этот зачарованный принц, твой приятель Тревор, или как там его зовут, поведал мне занятную историю. И кто же этот парень, о котором он рассказал?
– Пожалуйста, Питер! Я ненавижу обсуждать такие вещи по телефону.
У нее вдруг возникло желание рассказать ему все-все, но какой смысл, если она все равно ничего не докажет и ничего не добьется? И поэтому внезапно спросила:
– Который час?
– Полтретьего, – ответил он нейтральным тоном, видимо, удивившись, что она задала ему такой простой вопрос.
– Послушай, заезжай ко мне попозже. Скажем, в полшестого. На чай. И тогда мы все обсудим.
Мэриен заставила себя произнести эти слова ласково, примирительно. Она понимала, как коварно вела себя с ним. Она еще не приняла никакого решения, но чувствовала, что рано или поздно его примет, и для этого ей просто требовалось время.
– Ну, ладно, – ворчливо протянул он. – Но ты уж, будь добра, хорошенько все обдумай.
Они бросили трубки одновременно.
Мэриен ушла к себе и сняла платье. Потом спустилась и быстро приняла ванну. Внизу было тихо: домовладелица в своем сумрачном логове, вероятно, предалась раздумьям или молилась о скорейшем изничтожении Эйнсли небесными громами и молниями. Преисполнившись духом веселого мятежа, Мэриен нарочно не смыла с боков ванны оставшийся после нее мыльный ободок.
