Мир Лакс. Лаксоны — те же люди, только более выносливые, более сильные. Именно они заправляют миром вот уже 21 век. У них своя вера, свой язык, свои законы. Их Создатель тесно связан с каждым своим творением. Лакстарды — те же лаксоны, но их ДНК отличается. Они были созданы, чтобы служить лаксонам. В центре сюжета Василисса Лакс, чья родословная происходит от самого Создателя. И она имеет недуг, что заочно делает её «недостойной». Лисса почти всю жизнь провела в стенах дома, в то время, как её сверстники жили обычной жизнью. Теперь же отец позволил ей поступить в колледж и дал почти полную свободу, но у него на это есть своя причина… Пророчество. Большинство лаксонов помолвлены с самого детства. У Василиссы же два потенциальных суженых. Из-за пророчества она должна выйти замуж за одного, когда любит другого. Сможет ли Василисса быть с нелюбимым? Или найдёт способ остаться с тем, кого любит?
Кто я? В последнее время, я слишком часто задаюсь этим вопросом, но так и не нашла на него подходящего ответа. Я не чувствую себя личностью, я всего лишь марионетка, живущая по правилам нашего высшего сообщества. Всё, что я могу сказать, я — одна из тысячи. Столько нас. Столько фамилий. Столько семей сообщества. Хотя, правильнее будет сказать, что нас было столько, сейчас же осталось девятьсот пятьдесят одна фамилия. И это за двадцать один век мировой истории. А я? Даже среди них всех, я — лишь капля в океане. У меня нет никаких прав, я даже из дома не могу выйти без сопровождения. У меня не было детства, школы, дополнительных занятий, как у людей. Всё запрещено. Сутками я торчу дома, изучая всевозможные языки, истории народов, хотя давно всё знаю наизусть, но кому это докажешь?
Я глубоко вдохнула и медленно выдохнула. Пора. Это мой единственный оставшийся шанс. Выйдя из своей комнаты, я направилась на первый этаж, прямо в кабинет отца. Я негромко постучала в дверь три раза, послышались звуки открывающихся щеколд, и створки дверей начали разъезжаться в разные стороны.
— Проходи, Василисса, — произнёс отец, даже не смотря в мою сторону.
Я присела в один из двух кожаных стульев возле стола, прямо напротив папы.
— Отец, я снова прошу твоего разрешения поступить в колледж. Любой. На твоё усмотрение, — быстро проговорила я.
— Да, Адриáн уже просил за тебя. Василисса, ты ведь не хочешь учиться, не так ли? Всё, чего ты хочешь, это свободы, пусть даже и каплю. Ты желаешь выходить из дома каждый день, общаться с людьми, жить, так как они, — отец замолчал, и потёр пальцами виски, словно у него сильно болит голова.
Я посмотрела в сторону, на растение, которое я принесла к нему в кабинет два года назад, в честь его дня рождения. Заговорить я не решилась, но к счастью, отец продолжил.
— Ты будешь учиться вместе с братом, каждый день отвозить и привозить тебя будут Дирон, Майт, либо Адриáн, тебе будет позволено общаться с любым студентом, но сближаться только с лаксонами, и ещё, Василисса, ты должна быть лучшей, — быстро и строго проговорил отец.
Я не удержалась, подскочила со стула и бросилась обнимать отца, который сдержанно обнял меня в ответ, по моему лицу потекли слёзы счастья, я никак не могу поверить в то, что моя мечта сбылась. Так делать нельзя, эмоции — первое, что мы должны держать под контролем, но в этот момент мне всё равно.
Я поблагодарила отца и медленно вышла из его кабинета, но стоило дверям за мной закрыться, как я пулей полетела в комнату брата, чтобы рассказать ему хорошие новости. Когда брат открыл дверь, я сразу бросилась в его объятия. Слова были не нужны, Адриан сразу всё понял, он крепко сжал меня в ответ.
— Ты добилась своего! — выпустив меня из объятий, радостно произнёс брат.
— Да! Я буду учиться с тобой. Это начало новой жизни. Ты не поверишь, отец сразу согласился!
— Я думаю, что он никогда не был против твоего очного обучения, ты же и сама это знаешь. Многие из «наших» учатся, и я говорю не только про парней.
— Это всё мама, для неё это неподобающе.
— Не будем об этом, у тебя сегодня счастливый день, нужно это отметить.
— Как? Мы поедем в город? — завизжала я, — Одни?
— Да, — закивал брат.
Мне хватило десяти минут, чтобы собраться, и в следующую минуту я уже сидела на переднем сиденье автомобиля моего старшего брата. Адриан включил музыку — конечно же Рианна — он всегда от неё был в восторге, и каждый раз поражается тому, что эта шикарная женщина — не лаксонка. Песни Ри я знаю наизусть, благодаря брату, поэтому не сдерживая себя пою, и пою, и пою… В конце концов, сделав музыку тише, я поинтересовалась у брата куда мы едем.
— В Базиль конечно, когда ты ещё сможешь съесть что-то вредное, но очень вкусное?
— Когда она прилетает? — мне не нужно пояснять о ком речь, ведь максимально напряжённые отношения у меня только с родной матерью, о чём Адриан знает, как никто другой.
— Сегодня вечером, — тихо ответил брат.
Атмосфера в автомобиле стала просто ужасной, настолько, что мне кажется, будто я ощущаю это кожей. Даже предстоящий обед с братом, вне дома, да ещё и вредной пищей, уже не кажется таким заманчивым. Вот так, раз и всё. Я отвернулась в сторону окна, пытаясь думать о чём угодно, только не о том, что мне предстоит быть роботом неизвестное количество времени, пока мать будет дома. Сегодня лучший день в моей жизни, ну почему его обязательно должно что-то испортить?
— Ты упала в обморок, когда отец сообщил тебе о своём решении? — спросил брат, а я нахмурила брови, это очень хороший вопрос. Ведь обычно от переизбытка эмоций я просто валюсь с ног, а тут ничего не произошло.
— Нет, — ответила я, а Андриан оторвал взгляд от дороги и уставился на меня, слово я сообщила о конце света!
— Это слишком странно. Может быть у тебя больше нет этого недуга? Было бы хорошо, — искренне сказал он, хотя и сам не верит в свои слова.
