– Боюсь, что Олег найдет нас здесь и накажет. Он всегда так делает.
– Не думай об этом. Отдохнул?
– Зачем мне отдыхать? В клетке я все время бегал по полу и по стенам. Я очень хотел когда-нибудь пробежаться по потолку, но не успел…
Они снова стали подниматься и в конце концов оказались в парадном холле. Джейро заметил, что брат сильно щурится.
– Больно глазам? – догадался он.
– Слишком ярко.
Юноши двинулись через холл; впереди Джейро, за ним шатающейся походкой Гарлет с полуприкрытыми от света глазами. У входа в зал суда Джейро остановился и заглян
Перед судом давал показания гричкин в роскошном костюме мажордома. «Должно быть, это и есть Усхак», – подумал Джейро. Азрубал, как и раньше, спокойно сидел в кресле у стены.
– Позвольте, так сказать, обобщить ваши показания, – говорил Магистр, немного склоняясь в сторону свидетеля. – Слушайте внимательно, и если я в чем-либо ошибусь, поправьте. Также не забывайте, что дача ложных показаний ведет прямо в чан.
Усхак склонил лысую голову и значительно улыбнулся.
– Не забываю, ваша честь.
– Итак, возвращаемся к обсуждаемому эпизоду. Азрубал передал вам ребенка, дав инструкции о содержании его в изоляции, но в безопасности.
– Да, ваша честь. – Усхак говорил высоким ясным голосом, отчеканивая каждое слово, как звонкую монету. – Он поручил дитя моим заботам, поскольку весьма сожалел о происшедшем.
– И тогда вы, как утверждаете, подошли к одной из женщин Ратиго, которая выказала готовность заняться ребенком, и, поскольку она готова была исполнить просьбу Азрубала, вы уступили ее желанию. Я верно излагаю?
– Да, ваша честь.
– И когда вы снова увидели ребенка?
– Никогда более, ваша честь. Я предполагал, что его родители исполнили свой долг и забрали малютку.
Майхак заметил Джейро и подошел к дверям. Тот молча указал ему на Гарлета.
– Я нашел его в самых глубинах склепа. Они собирались отдать его на растерзание вампирам, но… я сделал все, чтобы этого не случилось.
Майхак не мог оторвать глаз от Гарлета.
– Я твой отец, – тихо сказал он. – Все эти долгие годы я думал, что ты мертв.
– Я ничего не понимаю, – пробормотал Гарлет. – Свет слепит мне глаза.
– Ты не в себе, но это не твоя вина. Мы поможем тебе, и очень скоро.
– Я больше не хочу вниз.
– Ты больше никогда туда не пойдешь. Там, в этом зале, сидит тот, кто заточил тебя в этот мрак. Пойдем, посмотрим на него. Ему, я думаю, это не понравится.
Гарлет инстинктивно отдернулся, но Майхак, взяв его за руку, ввел в зал.
– Больше ничего сказать не могу, – продолжал Усхак. – Времена приходят и уходят, и никто не знает, что ждет нас в будущем.
Майхак остановился прямо перед судьями. В зале мгновенно повисла гробовая тишина. Азрубал молча рассматривал Гарлета. Неожиданно на весь зал разнесся пронзительный вопль Усхака:
– А вот и он! Пропавшее дитя, живое и невредимое! Так поприветствуем же его с радостью!
– Что происходит? – резко спросил Магистр. – Поставьте суд в известность.
– Что происходит, могу рассказать только я, – вышел вперед Джейро. – Когда Азрубал вышел из зала позвать мажордома, он приказал гричкину Пуду отправиться в самый низ склепа, чтобы передать приказ об уничтожении Гарлета. Я пошел за ним и добрался до подвала донжона, где сидел в клетке мой брат. Палачи вытащили его из камеры и пытались передать белым вампирам. Мне пришлось вмешаться и убить их всех, а потом привести Гарлета сюда. Он сидел в темном склепе много лет, над ним издевались, его мучили.
Магистр обернулся к Азрубалу, сидевшему с непроницаемым лицом.
– Как вы содержали вашего пленника?
– Адекватно, – усмехнулся тот.
Тогда Магистр обратился к Гарлету.
– Вы находитесь перед судом. Понятно ли вам, что это значит?
– Нет, очень слепит глаза.
– Немедленно дайте ему какие-нибудь темные очки, – распорядился Магистр и снова заговорил с Гарлетом. – Когда люди совершают что-то плохое, они предстают перед судом справедливости, и если вина доказана, их наказывают.
Гарлет неуверенно озирался по сторонам.
– Да, – растерянно забормотал он, – я вылакал воду с тарелки и в наказание Шим не давал мне больше воды. Неужели вы снова отправите меня вниз без воды? Не надо меня наказывать, я больше не буду лакать!
– Вас не накажут, – как можно спокойней и внушительней пообещал Магистр. – Вы не сделали ничего плохого, насколько нам известно. Сколько вы пробыли в вашей клетке?
– Не знаю. Я ничего другого не помню.
– Посмотрите внимательно на человека в кресле. Вы знаете его?
Гарлет, мучительно щурясь, поднял глаза.
– Я видел его три раза. Он приходил… в темноте. Олег вытаскивал меня, а этот смотрел. А потом уходил.
– Вам есть что сказать? – обратился Магистр к Азрубалу. – Вы имеете полное право говорить в свою защиту.
