— Ничего не могу сказать точно, но все-таки, кажется, я слышал голос мамы.
— Откуда ты заешь, что это был голос матери? — удивился Майхак. — Ты хочешь сказать, она назвала себя?
— Да. Голос назвал себя. Он еще упомянул что-то про гипнотическую суггестию, так что это вряд ли было привидение.
— Но что она сказала? — настаивал Майхак. — Ты мог разобрать слова?
— Да, я все понял. Она сказала, что ты мертв, а я должен что-то сделать.
— Но что!?
Джейро снова задумался и стал обходить дом, останавливаясь через каждые три или четыре шага и внимательно рассматривая все вокруг. Неожиданно лицо его просветлело, и юноша бросился к горке камней, вероятно, бывшей когда-то конурой, а теперь густо заросшей красным лишайником и черным репейником. Он упал на колени и стал разбрасывать камни. Наконец показалась темная дыра, которую он расширил, вытащив еще несколько камней. Запустив руку в дыру до самого плеча, он пытался что-то достать, но безуспешно. Отвалив еще камни, Джейро залез в дыру с головой и, извиваясь, протиснулся в нее как можно глубже. Победа! Юноша вылез весь в земле, держа в руке гладкую черную коробочку.
Встав и отряхнувшись, Джейро торжественно посмотрел на своих изумленных товарищей.
— Я нашел ее, нашел, там, где мама просила меня спрятать!
— Открывай же скорей! — попросила Скёрл — Невозможно больше терпеть!
Майхак внимательно огляделся.
— Сначала лучше уйдем отсюда. У Азрубала могут быть расставлены для наблюдения свои люди.
Вся четверка забралась во флиттер и вернулась в космопорт Танцига. И лишь после того, как флиттер был убран в брюхо «Фарсана», Джейро открыл коробку. Оттуда выпал толстый конверт из прочного пергамента, к которому оказался прикреплен еще один, поменьше и потоньше. Во втором конверте оказался лист бумаги. И вот, уже второй раз за свою недолгую жизнь, Джейро прочел письмо от того, кто его любил и кого уже не было в живых.
Юноша читал слова, явно написанные в спешке и в полном смятении чувств:
