— А для чего здесь эти резиновые полоски? — нервозно спросила Бетани.
— Может быть, от сквозняка в холодную погоду, — предположил Ник. — Дайте-ка я сначала просуну туда голову да посмотрю, что там. Не волнуйтесь, я быстро. — Прежде, чем кто-либо отреагировал, он вскочил на конвейерную ленту и направился к бреши в стене здания.
Подойдя к ней, опустился на колени и просунул голову между резиновых полос.
Ничто не просвистело и не стукнуло. Когда Ник убрал голову, она оказалась вполне на месте, а на лице недоумение.
— Берег свободен, — сказал он, и Альберту его бодряческий тон показался явно наигранным. — Давайте, друзья, полезем. Вперед! Тело к телу!
Бетани отшатнулась.
— Там что — тела? Мистер, там есть мертвые?
— Да нет, не видел, мисс, — ответил Ник, не пытаясь придавать более своему тону шутливость. — Я просто выдал искаженную версию стихотворения старого Бернса, чтобы выглядеть веселым. Боюсь, вместо юмора вышла безвкусица. Дело в том, что я там вообще никого не увидел. Но мы вроде бы этого и ожидали, верно?
Ожидали… но все равно у всех сжалось сердце. У Ника тоже, судя по его голосу.
Один за другим они взобрались на конвейер и проползли внутрь сквозь резиновые ленты вслед за ним.
Дайна задержалась перед тем, как вползти, и повернула лицо к Лорел. Тусклый отсвет отразился в ее очках, как в зеркальных.
— Здесь все не так, — повторила она и поползла внутрь.
Один за другим они проникли внутрь международного аэропорта Бангора — странный багаж, ползущий по конвейерной ленте. Альберт помог Дайне слезть. Теперь они стояли молча, с удивлением озираясь по сторонам.
Шок от пробуждения в самолете, пассажиры которого чудесным образом исчезли, прошел. Теперь удивление сменилось ощущением, что не туда попали. Никто из них еще не бывал в аэропорту, который был абсолютно пуст.
Никого не было у стоек аренды автомобилей. Не светились табло прибытия и вылета. Ни души у касс, обслуживающих авиакомпании "Дельта", "Юнайтед", "Нордвест Эйр-линк" и "Мид-Кост". Большой аквариум стоял посредине зала с рекламой ПОКУПАЙТЕ ЛОБСТЕРОВ МЭНА. Воды в нем было полно, но ни одного лобстера. Флюоресцентное освещение отсутствовало повсюду. Свет просачивался только сквозь стеклянные двери в дальнем конце, едва достигая середины зала, оставляя небольшую группу рейса № 29 в неприятном царстве теней.
— Порядок, — коротко бросил Ник, но даже краткость не замаскировала тревоги в его голосе. — Попробуем телефоны?
Пока он подходил к шеренге телефонных будок, Альберт направился к бюро аренды автомобилей. Из щелей на задней стенке конторы выглядывали рекламы автомобилей. В каждой из них наверняка содержался договор об аренде, а также карта центральных районов штата Мэн. На каждой карте непременно стрелочка с надписью ВЫ НАХОДИТЕСЬ ЗДЕСЬ. Она указывает на город Бангор.
Сзади послышался сухой скребущий звук. Альберт чуть не подпрыгнул от неожиданности и мгновенно обернулся, держа чехол скрипки, как дубину. Бетани пыталась прикурить от спички сигарету. Подняла брови.
— Испугался?
— Немножко. — Альберт опустил чехол и слегка улыбнулся.
— Извини. — Она потрясла спичкой и бросила ее на пол, потом затянулась сигаретой. — Уфф. Хоть это хорошо. В самолете закурить не осмелилась. Боялась, вдруг что-нибудь взорвется.
Подошел Боб Дженкинс.
— А я, знаете ли, лет десять назад бросил курить.
— Только, пожалуйста, без лекций, — сказала Бетани. — У меня такое чувство, что если мы выкарабкаемся из ситуации живыми и не чокнутыми, мне предстоит целый месяц выслушивать лекции тетушки. И не отвертеться.
Дженкинс поднял бровь, но объяснений спрашивать не стал.
— Видите ли, — сказал он, — я как раз хотел спросить у вас — не найдется ли лишней сигаретки. Похоже, сейчас самое время возобновить старые привычки.
Бетани с улыбкой протянула ему "Мальборо". Дженкинс взял сигарету, и она дала ему прикурить. Он затянулся и тут же закашлялся.
— Долго отсутствовали, — заметила она.
Дженкинс согласился:
— Но я быстро привыкну. Боюсь, в этом весь ужас привычек. А вы оба не обратили внимания на часы?
— Нет, — ответил Альберт.
Дженкинс указал на стену над дверями туалетов. Часы показывали 4.07 и стояли.
— Все совпадает, — сказал он. — Нам известно, что мы находились в полете, когда произошло… назовем это Событием, за отсутствием другого термина. Здесь это 4.07. Там — 1.07. Так что время нам теперь известно.
— Потрясающе! — сказала Бетани.
— Да, — согласился Дженкинс, предпочтя не заметить нотки сарказма. — Но что-то тут все равно не то. Жаль, что солнце не выглядывает. Тогда можно было бы сказать с уверенностью.
— Что вы имеете в виду? — спросил Альберт.
