Говорят лангусты и омары — это большие раки, которые живут в тёплых морях. Кто из них с клешнями и есть старший брат нашего речного рака, потому как вдвое крупнее, а кто без — не знаю. Никогда не видел. Но наслышан. Наверное, с пивом хорош. Большинство наших соотечественников не знает о существовании этих самых лангустов — омаров, тем не менее, они существуют. К чему всё это я говорю? Да, прежде всего, к тому, что всё прочтенное далее (если вы дочитаете до конца), хотя и необычно, но чистая правда.
Эту удивительную историю, происшедшую в конце последнего действия нашего грандиозного экспериментального спектакля, поставленного большевиками, рассказал мне один мужик, попутчик, с которым я познакомился в поезде Москва-Киев. Отчего-то воспылал он ко мне доверием. Впрочем, я замечал за собою такие способности. То есть, часто, даже совершенно незнакомые люди рассказывали мне совершенно интимные подробности из своей жизни, которые далеко не каждому близкому человеку или духовнику изложишь, а уж незнакомому человеку — и подавно. Наверное, в другое время я должен бы стать священником либо врачом-психиатром. Но — не судилось. Тем не менее, попутчик мой не только рассказал мне историю, происшедшую с младшим научным сотрудником Филиппом Аркадьевичем Пстыго, но и передал его дневники по возвращении в Москву. Догадываюсь, этот мужик служил то ли в дурдоме, то ли на Лубянке. Видимо кризис души и экономики подвиг его на этот поступок, противоречащий служебным инструкциям. Тем не менее, в мои руки попал интересный материал, которым я и попытался поделиться с вами. Вы считаете, что лангусты не идут с мочёными яблоками? Возможно. Но если хорошо замочена антоновка, со смородиновым листочком, под рюмочку хорошей водочки — хорошо идёт. Должен вам признаться, на днях я отведал новую старую водку. Она называется Украинская Водка Оковита. В переводе со старобурсацкого — Вода Жизни. Или, как говорят латиняне — Аква Вита. Рекомендую. Даже если не будет мочёной антоновки, я уж не говорю о лангустах и омарах. Был бы хлеб и сало. Если же у кого-нибудь возникнет подозрение, что я тайно агитирую за геноцид россиян с помощью алкоголя — плюньте тому в глаза. В умеренных дозах и водка есть Аква Вита.
Просвещённый нынешней нормальной школой читатель, познакомившись с этими заметками о необыкновенных приключениях, случившихся с младшим научным сотрудником одного из уважаемых и весьма важных НИИ самой уважаемой Академии Наук Филиппом Аркадьевичем Пстыго, плюнет три раза через левое плечо и скажет: «Экая чушь. Да быть этого не может! Потому что это противоестественно. И вообще, потому что этого не может быть никогда!»
Впрочем, если бы каких-нибудь сто лет тому назад некоторым гражданам, скажем, пришлось ознакомиться с впечатлениями Нейла Армстронга, полученными им от путешествия по Луне, то эти самые граждане высказали бы своё отношение к такой информации точно также.
Потому автор просит уважаемого читателя воздержаться от скоропалительных суждений, набраться терпения и…, В общем, многого мы ещё не знаем и ещё большего не можем объяснить. Тем не менее, уверяю, что всё рассказанное — сущая правда. И почерпнута мной из записок (как я уже упоминал) магистра общественных наук Иллинойского Университета Филиппа Аркадьевича Пстыго. Его откровенных рассказов за чашкой доброго индийского чая, личному знакомству автора с Их Превосходительством, Доктором и Профессором истории и философии Ферапонтусом Попеску 37-м Котом, а также Доктором медицины, Белой и Черной Магии Мариэттой 45-й Пусси.
Итак, скромный младший научный сотрудник Филипп Аркадьевич Пстыго возвращался с банкета…
…данного по случаю защиты кандидатской диссертации на тему, впрочем, тема здесь не имеет никакого отношения к нашему рассказу. Возвращался Филипп Аркадьевич пешком поздним вечером потому, что жил наискосок от ресторана, где происходили упомянутые торжества. И нужно-то было ему пересечь две улицы и обширный сквер между ними.
Кроме прочувствованных речей, поздравлений и даже поцелуев, на банкете резво поглощались всяческие деликатесы под звон бокалов и крики «ура». Нужно отметить, что во времени торжество происходило, когда в стране, раскинувшейся на 1/6 суши, царило относительное благоденствие и изобилие. По крайней мере, в городах столичных, названное позже прогрессирующим застоем.
Алкогольные пары сделали своё черное дело. Тело Филиппа Аркадьевича упорно пыталось принять горизонтальное положение, хоть он сознательно сопротивлялся этому желанию. Понятно, что такая борьба между алкоголем внутри организма Филиппа Аркадьевича и его сознанием придавала его телу характерное колебательное движение с переменной частотой и амплитудой, если выразиться по-научному.
