– Вы не представляете, как мы обрадовались, когда леди Кассандра сказала нам, что ее племянница приезжает из Рима, и попросила нас привезти вас в Камелот, – продолжал Гавейн. – А за два дня до похода мы узнали, что на ваш замок собираются напасть люди Седрика, и леди Кассандра уже слезно умоляла самого Ланселота приехать сюда.
– Умоляла Ланселота? – пробормотала удивленная Хелен. Безусловно, фантазия у этих ребят отменная.
– Да, перед этим я хотел приехать один с небольшим отрядом. Вы не обижайтесь на Ланселота. Он превосходный рыцарь. Благородный и честный. Он никогда не обидит даму. Хм, – споткнулся он на полуслове, но продолжил, – даже если дама ударит его.
Хелен вспомнила свой удар. Кисть до сих пор болела, а на подбородке Ланселота наверняка уже появился синяк.
– Пусть приложит лист подорожника, – пробурчала она. – Не нужно было издеваться надо мной.
– Но он не издевался над вами. Клянусь.
– Ладно, оставим эту тему, – прервала его Хелен, опасаясь, что снова начнутся уверения в том, что она не в себе. Ведь, конечно, он не будет на ее стороне. Так к чему эти разговоры?
– Хорошо, – согласился Гавейн. Ему тоже не хотелось продолжать эту щекотливую тему. – Расскажите нам о Риме. Правда, что он так же красив, как утверждают?
Хелен удивленно посмотрела на него, затем, вспомнив слова о том, что она якобы племянница какой-то леди Кассандры и якобы приехала из Рима, вздохнула. Ей не стоит снова ссориться с ними. Если они хотят услышать о Риме, что ж, можно и рассказать.
– Да, поведайте нам о Риме, леди Хелен! – восторженно поддержал Тристан, ехавший рядом. – Скажите, там и правда, каменные дома высотой до небес и в каждом дворе стоят статуи?
Хелен обернулась – оказывается, рыцари собрались вокруг нее, лишь Ланселот отдалился, напоследок снова взглянув на нее темными, полными подозрения глазами. Что ж, без его присмотра ей гораздо спокойнее. Хелен постаралась вспомнить все, что смогла, о памятных местах Рима. Слушая про прекрасный город с фонтанами и статуями из белого мрамора, каждый рыцарь спрашивал что-то свое, и, в конце концов, рассказ получился не таким уж плохим.
– Город мечты, – вздохнул Гавейн. – Так и не удалось побывать, пока стоял мир. А сейчас и подавно не съездишь.
– А чем тебе не нравится наша Британия, Гавейн? – со смехом спросил подъехавший Персиваль. – Тоже со всех сторон море, тоже нужно драться с варварами, а хочешь статую – лепи, сколько влезет, – уж чего-чего, а глины хватает.
Воины только усмехнулись, а Тристан притворно жалостливо посмотрел на Персиваля.
– Сразу видно – некультурный, необразованный человек. Леди Хелен, позвольте оградить вас от подобных неучей, – и попытался конем отодвинуть от нее большого рыцаря.
Завязалась было дружеская потасовка, но Гавейн остановил горячие головы. Тристан, извиняясь, склонил голову перед Хелен, и Персиваль сделал то же самое.
– Леди Кассандра сказала нам, что вы приехали к ней погостить. Что бы вы хотели увидеть в Британии? – спросил Гавейн, вновь заняв место справа от нее.
Хелен не успела ответить, да она еще и не придумала ответ, чтобы как следует подыгрывать этой глупой постановке, как вмешался Ланселот.
– Ну как вам в гостях, леди Хелен? – Голос его был полон сарказма. – Эй! – вдруг крикнул он. – Кто-нибудь слышал о том, что сейчас в Британии можно «погостить»? Может, кто из ваших родственниц разъезжает по гостям в разгар войны с саксами и прочими пришельцами?
Все дружно захохотали.
– Конечно, Ланселот! – раздалось со всех сторон. – Разве мы не в гостях у тебя и Артура?
– Ага, каждый день пиры и увеселения!
– Саксы – вот увеселение для тебя, Гилфорд!
Ланселот повернулся к Хелен.
– Это полная чушь, леди Хелен, если вас так можно назвать, что вы здесь в гостях. Что вы с леди Кассандрой задумали, я не знаю, но уверяю вас: вашим планам не суждено сбыться, – прошипел он, склонившись прямо к ее уху, отчего у нее мурашки пошли по спине.
Хелен возмутилась: в чем это он ее подозревает?
– Сэр! – холодно сказала она, глядя прямо в его ужасные глаза. – Я не знаю, о каких планах вы тут говорите, скорее это я должна подозревать вас!
– В чем же? Что мы спасли вашу неблагодарную шкуру? – Ланселот уже совершенно разозлился.
Хелен резко натянула поводья.
– Ваше представление меня уже достало! Скажите тому, кто это заказывал, что я умываю руки!
Она хлестнула коня и помчалась вперед. Ланселот выдохнул и нехотя стегнул своего коня, который сразу сорвался с места. Догнав ее, он схватил ее лошадь под уздцы. Хелен закричала, вырывая поводья из его рук:
– Отпустите же меня, в конце концов! Я вам заплачу! Сколько хотите!
Ланселот молча схватил ее за запястья, сжал их одной своей ладонью, другой рукой достал веревку из переметной сумы и вновь связал ей руки, а затем привязал поводья ее лошади к луке своего седла.
– Чтобы больше никаких выходок, леди Хелен, иначе я оставлю вас здесь на съедение волкам. И саксам, – угрожающе прорычал он.
Хелен, внезапно сникнув, замолчала.
