Осень вступала в свои права, листья потихоньку желтели и опадали, на земле под дубами лежали груды янтарных желудей, а по веткам скакали белки, которые проворно спускались на землю, хватали желуди и мчались обратно на деревья. Там и тут мелькали боярышник и рябина, радующие глаз ярко-красными ягодами. Хелен пригляделась к орешнику, но, очевидно, орехи уже осыпались, и ей не удалось заметить ни одного орешка. Она поделилась своим открытием с Персивалем, отчего огромный рыцарь отъехал немного в сторону и вскоре вернулся с гроздьями ягод боярышника. Хелен слегка обтерла их и принялась есть. Тут к ним подъехал Тристан.
– Не могу там ехать, – пожаловался он. – Леди Хелен, позвольте следовать рядом с вами.
– Чем же тебе не угодила королева? – насмешливо поинтересовался Персиваль.
– Сам поезжай, узнаешь. Сейчас и Гавейн прискачет, даю слово.
Словно услышав его, Гавейн придержал своего коня и, встав на обочину, стал ждать, пока Хелен и остальные не поравняются с ним.
– Что с вами со всеми, сэр Гавейн? – настала очередь Хелен поинтересоваться странным поведением рыцарей.
– Леди Хелен, вы, конечно, немного необычная леди, но все же, приходится признать, весьма рассудительны. Не расскажете нам, как вы догадались о Мелеганте? – перевел разговор в другое русло Гавейн, не отвечая на ее вопрос.
– Вы мне не поверите.
– Где-то я это уже слышал, – с улыбкой покачал головой рыцарь.
– Но все-таки, сэр Гавейн, почему вы все убегаете оттуда? – Она кивнула, показывая на Ланселота и Гвиниверу, ехавших впереди на некотором расстоянии от других.
Гавейн как-то криво улыбнулся.
– Думаю, это не наше дело.
– Понятно, – начала закипать Хелен. – Вы хотели сказать: не мое дело.
– Нет, я сказал именно то, что хотел сказать.
– Тогда я поеду туда и сама все узнаю.
– Вы не сделаете этого.
– Поспорим? – Хелен натянула поводья, и конь послушно помчал ее вперед.
Она на полном скаку вклинилась между Ланселотом и Гвиниверой, заставив их лошадей шарахнуться в стороны.
Ланселот против обыкновения посмотрел на нее с улыбкой. Гвинивера же скривилась и пробурчала что-то на непонятном Хелен языке. Но она не смутилась.
– Сэр Ланселот, вот мы интересуемся, – начала Хелен, видя, что рыцарь не собирается накидываться на нее с упреками, – почему вы так редко бреете бороду? – выпалила она первое, что пришло ей в голову.
Подъехавшие вслед за ней рыцари захохотали. Гавейн не преминул вставить свою шпильку:
– А это потому, леди Хелен, что сэр Ланселот боится, как бы все дамы Британии не потеряли голову от его неземной красоты.
– Саксы тогда перестанут его бояться! – добавил Тристан.
– А их женщины пойдут на нас войной ради него! – крикнул Гилфорд, ехавший следом за своим сюзереном.
Рыцари, уже все подтянувшиеся, разразились смехом.
– Не могу согласиться с этим мнением! Я видела его без бороды всего раз и, боюсь, не успела рассмотреть! – весело крикнула Хелен.
– Ах так, леди Хелен? Тогда сегодня мы попросим сэра Ланселота сбрить бороду, чтобы вы могли рассмотреть его хорошенько!
Ланселот снова усмехнулся в бороду и потрогал ее. Пожалуй, она правда стала слегка длинновата. Дамы при дворе начали шарахаться от него в темноте. Он посмотрел на развеселившуюся Хелен. Значит, не успела его рассмотреть?
Гвинивера, злясь, что не она в центре внимания, оттиснула лошадью коня Хелен и встала рядом с Ланселотом.
– А я считаю, что настоящий мужчина не бывает без бороды. И сэру Ланселоту она очень идет.
Рыцари тут же смолкли, но Хелен не так-то просто было остановить.
– Мы все знаем, что у вашего мужа тоже очень красивая борода, – сказала она с легким сарказмом.
Гвинивера резко дернула поводья лошади, отъезжая в сторону.
Гавейн наклонился к Хелен.
– Боюсь, этого она вам не простит, – шепотом сказал он.
– Она не простит мне еще много чего. Но я не собираюсь расстраиваться. Я сюда не из-за нее приехала. И кстати, сэр Ланселот рассказал вам, как ему удалось спасти королеву? – также шепотом спросила Хелен.
– Я пока не спрашивал. Сначала он отдыхал, а потом мы искали вас.
– Спросите вечером на привале. Боюсь, мне он не расскажет.
– Почему же? Я смотрю, вы налаживаете отношения – со времени отъезда из замка Мелеганта ни разу не поссорились.
Хелен улыбнулась и посмотрела на Ланселота. Может, он перестал считать ее своим врагом? Тут рыцарь повернулся и улыбнулся ей в ответ. Хелен от неожиданности опустила глаза, вспомнив, когда он в последний раз смотрел на нее так – в его покоях в Камелоте.
– Хорошо, леди Хелен, раз вы соскучились по моему лицу, я побреюсь, – сказал он и поспешил пришпорить коня.
Хелен разинула рот от такого нахальства и, хлестнув лошадь, помчалась вслед за ним.
Гавейн с улыбкой посмотрел им вслед. Тристан и Персиваль от радости хлопнули друг друга по плечу, и никто не заметил, каким ненавидящим взглядом проводила эту парочку королева.
