Вдруг около Лапочки и соседа останавливается здоровый мужик, на груди у которого висит плакат. На плакате нарисован Сталин и написано: «Отец народов».
— Здравствуйте, Сергей Иванович! — хлопает мужик соседа по плечу. — Вот не ожидал вас встретить!
— О! Пашка! Привет! — радуется старичок. — А я вот стою смотрю. Народу-то сколько в этом году!
— В семнадцатом меньше было? — саркастически интересуется Лапочка, которая очень подкованная девочка и знает, что коммунисты пришли к власти в семнадцатом году.
— А это что за шутница? — ржет Пашка, и плакат прыгает на его мощной груди. — Внучка что ли ваша?
— Соседка, — говорит дедушка, косится на Лапочку и улыбается.
— А, понятно, — смеется Пашка. — Ну, ладно, Сергей Иванович. Пойду к своим. Мы тут компанией.
— Всего доброго, Паша! — прощается с ним старик.
Лапочка зорко наблюдает за «Божьей коровкой». Некоторые коммунисты задевают ее своими телами. У Лапочки от этого прямо сердце подпрыгивает.
— Да, — вздыхает тем временем сосед Сергей Иванович. — Прав Сталин-то был: придет время и ветер развеет весь мусор, что неблагодарные потомки накидали на его могилу.
— А что, так замусорили? — осведомляется Лапочка и представляет себе могилу Сталину, вокруг которой со временем образовалась свалка. Лапочка не знает, где похоронен этот страшный Сталин, но радуется, что его могилу засыпали мусором.
— Замусорили, — вздыхает сосед. — Теперь вот разгребают ребята.
Старичок кивает на идущую толпу.
— Я лично отсюда уеду, — говорит Лапочка.
— В смысле, — не понимает ее старик.
— Я при коммунистах жить не буду, — с пафосом выкрикивает Лапочка. Несколько человек оборачиваются на нее. — Ваш Сталин отвратителен! Вас всех лечить надо!
У Лапочки внутри все ходуном ходит. Сердце вот-вот выскочит от груди. Она шалеет от своей смелости и дерзости. Лапочка чувствует себя героиней фильма. Лапочка театрально размахивает руками и в порыве злости вырывает у прохожего транспарант с надписью «Долой кровавый режим!».
Краем глаза Лапочка видит милиционеров. Они подозрительно смотрят на Лапочку, а потом один из них идет прямо к ней.
— Ваши документы, пожалуйста. — Говорит он. — Что это вы кричите? Все идут спокойно, а вы митинги устраиваете у жилого дома? Митинг позже будет, на Театральной площади.
«Все, — с ужасом думает Лапочка. — Это репрессии. Зачем же я так громко кричала!».
Милиционер смотрит ее документы.
— Так вы в этом доме живете?
— Нет, — врет Лапочка, чтобы хоть как-то спасти свою жизнь.
— Ну как так нет? — говорит милиционер. — Вот тут все написано у вас в паспорте. Что вы там про Сталина кричали?
— Ничего, — чуть не плачет со страха Лапочка.
— Ну, как так ничего? Я же слышал. Вы кричали, что он отвратительный. А что у вас за транспарант?
— Это не мой. — Лапочка разжимает пальцы и транспарант падает на асфальт.
— Вы к какой организации принадлежите? — спрашивает милиционер.
— Ни к какой… — Лапочка готова хлопнуться в обморок от страха. Из глубин памяти у нее всплывают школьные уроки истории, на которых рассказывали, что при Сталине всех объединяли в организации, а потом расстреливали или отправляли в ГУЛАГ.
Тут в разговор вступает старичок-сосед.
— Товарищ милиционер, — говорит он. — Я ее сосед. Это очень приличная девушка. Набожная. Я ей сам недавно библию давал.
— Ах, вот в чем дело, — усмехается милиционер. — Православная правозащитница. Да, нас предупреждали, что они должны здесь появиться.
— Да, я — это она, — еле ворочает языком Лапочка.
— Ну-ну, — усмехается милиционер. — Ладно, берите ваши документы и идите домой.
— Спасибо, — плачет от счастья Лапочка. — Спасибо вам!
Милиционер уходит. Лапочка бежит в свою квартиру, закрывает двери и начинает собирать чемоданы. Календарь на электронных часах показывает дату: первое мая.
Лапочка засыпает. Глазки у нее закрываются. Мишка прижат к груди. В комнате темно, и Лапочке немного страшно. Она ворочается, открывает глазки и всматривается в темноту.
Лапочке слышатся шорохи. Она протягивает руку и включает настольный светильник. Все тихо. Лапочка снова протягивает руку и выключает настольный светильник.
И вроде как Лапочка засыпает. Вернее, она лежит и не может понять, заснула она или нет. Но теперь Лапочка уже видит не темноту, а какую-то белую комнату. Дверь комнаты открывается и в комнату входит Мари. Вернее, Лапочка знает, что это Мари, а выглядит Мари не совсем как Мари. На ней вроде как пулеметная лента и военные сапоги.
— Ты проснулась, Лапочка? — спрашивает Мари.
— Да вроде нет, — говорит Лапочка. — Я вроде заснула.
Мари странно улыбается. А потом говорит так:
— Значит проснулась.
Лапочка ничего не понимает. Она осматривает себя. Одета она прилично: розовая кофточка от Gran Leroy, туфельки от Paula Tres, белая мини-юбка от Der Getz. Маникюр в норме — как перед засыпанием. Лапочка трогает свои волосы и понимает, что уложены они идеально. Лапочка немного успокаивается.
