Призрак не говорил, а шипел, и голос его удивительно походил на шипение газа, вырывавшегося из плиты.
— Ч-что происходит?!
— Кухня сейчас взорвется. Собственно, реакция взрыва уже началась. То, что происходит между мной и тобой, — это доля секунды в реальном времени. Но не бойся. Я появился вовремя, чтобы предупредить тебя.
— Я не понимаю! Какой-то бред!
— Посмотри вокруг. Ты постепенно учишься видеть вещи.
— Сейчас здесь будет взрыв? Эта квартира взорвется?
— Я ведь сказал, тот процесс, который представляется людям взрывом, уже начался. И если бы ты сейчас остался прежним, то просто не выжил бы и мы с тобой сейчас не говорили бы.
Призрак вновь покрылся зыбкой рябью и вдруг вырос на глазах, сравнявшись ростом с Робертом.
— Ты хочешь сказать, что мы с тобой растянули время и оно движется для нас гораздо медленнее, чем в реальном мире?
— Именно. Реальное время — одна из основ той клетки, которой окружен в жизни обычный человек. Тебе же удалось распахнуть дверь и выйти наружу. Ты уже не тот, что был раньше. Ты оказался способен выйти за рамки законов и бесконечных ограничений физического мира.
— Как мне это удалось?
Вслед за первой воспламенилась и вторая конфорка. Огонь охватил уже всю поверхность плиты, и один из языков пламени, вдруг отклонившись, лизнул бок призрака. Тот заколыхался, и на несколько мгновений его очертания смазались.
Но затем Роберт услышал тот же голос:
— Ты просто учишься выживать. Впрочем, я жду от тебя большего. Ты подвергся нападению тех, кто называет себя Йуну. Они пытаются подчинить своей воле Адама и черпают от него силы. Мне повезло вовремя вклиниться между тобой и ими. Я не могу прервать эту атаку на тебя, но даю тебе возможность спастись. Воспользуйся этим окном. Забудь о двери, ты не успеешь до нее добраться.
— Как тебя зовут?
— Зови меня Сторож. А в реальном мире ты знал меня под именем Хорас. Итак, Роберт, беги!
Роберт метнулся к окну и изо всех сил потянул раму вверх. Та не поддалась. Тем временем пламя уже охватило почти половину кухни и стало подбираться все ближе. Роберт схватил подвернувшуюся под руку поварешку и одним ударом вышиб стекло. Прикрывая руками лицо, он ринулся наружу.
В следующую секунду за его спиной что-то оглушительно грохнуло и огневой залп вырвался из кухни на воздух вслед за ним. Роберт упал на крышу соседской квартиры, располагавшейся этажом ниже. Ему на голову посыпались осколки керамического умывальника и еще какой-то мусор.
Он лежал на спине, жадно хватал ртом воздух улицы и безостановочно повторял:
— Боже правый, Боже правый, Боже правый…
Нога его была сильно поранена осколками стекла, все тело била крупная дрожь, с которой он никак не мог справиться. В таком состоянии он кое-как спустился по пожарной лестнице во двор и в этот момент услышал, как со стороны улицы к дому подъезжают, завывая сиренами, пожарные машины. Внутренний голос приказал ему: «Убирайся прочь, они тебе ничем не помогут!» Он повиновался. Он весь дрожал и припадал на больную ногу, но не испытывал страха в своем сердце. Его вновь пытались убить, а у него вновь хватило сил и ловкости избежать смерти. Он с каждым днем становится сильнее и идет по избранному Пути все увереннее.
Выбравшись на улицу и быстро оставив за спиной дом Адама и кривую голландскую избушку, Роберт торопливо заковылял по Гринвич-стрит. Через минуту он отыскал на тротуаре свободную скамейку и присел обследовать свои раны. Нога болела и саднила, но порезы были на первый взгляд не слишком серьезные. Ему повезло, здорово повезло! Хотя в везении ли тут было дело, если разобраться?
Он оглянулся назад и посмотрел на дом Адама. Взрывом в его квартире вышибло все окна, которые теперь зияли черными, обугленными дырами. Но жилища соседей, тех, что жили ниже, похоже, не пострадали. Перед домом стояли три пожарные машины и полицейский «форд». Между ними сновали зеваки и выбежавшие из дома испуганные соседи.
Роберт посмотрел на свои руки: они все еще мелко подрагивали.
Он попытался вспомнить в деталях все, что с ним только что произошло, и не смог. Перед внутренним взором его повисла туманная дымка. Взрыв и разговор с Хорасом казались сном. Может быть, это была галлюцинация? Полностью или хотя бы отчасти? А если так, то возникает вопрос: что именно случилось на самом деле, а что родилось лишь в его воображении?
Роберт едва не взвыл от отчаяния — его вновь охватили страх и паника. Но в глубине души он знал, что теперь уже не поддастся им и сможет продолжить свой путь.
Что делать с Адамом и его угрозой? Пожалуй, единственно возможный вариант — упредить его и самому все рассказать жене.
Приняв это решение и снова вспомнив о фотографии, которую ему прислал Адам, Роберт стал думать о том, как добраться до дома и предупредить Кэтрин о грозившей ей опасности. Несколько лет назад они изобрели нехитрый шифр, к которому договорились прибегать в крайних случаях, когда не могли быть уверены, что их разговоры не прослушивают. Собственно, это все была затея Кэтрин — она слишком долго проработала в разведке.
Он вынул из кармана телефон и набрал домашний номер.
— Кэтрин?
