Отец планировал продолжать экспериментировать с черным кристаллом, но текст резко обрывался. Григорий достал дневник, пролистал его до конца и понял, что из него удалено довольно много страниц. Но сделал ли это сам отец или кто-то другой?
Григорий поднялся на второй этаж, подошел к магнитофону «Юпитер», перемотал пленку назад, нажал на клавишу воспроизведения записи и с замирающим сердцем сел в кресло, ожидая услышать те же странные звуки, что и в прошлый раз. Бобины продолжали крутиться, однако Григорий не слышал тех звуков, которые тогда вызвали у него галлюцинации. Когда пленка закончилась, он переставил бобину и снова прослушал, но на ней не было ничего записано. Кто-то то ли поменял бобину, то ли стер записанные на ней звуки. В любом случае это говорило о том, что в лабораторию проник кто-то чужой и сделал это. Григорий сразу заподозрил бывшего ассистента отца, Евгения Николенко. Чужой бы сюда так просто не попал, к тому же Гавкан не дал бы ему войти в дом. Похоже, это был человек, который не раз приходил к отцу домой. Григорий редко приезжал к родителям, особенно не интересовался их житьем-бытьем, в основном отделывался дежурными вопросами о здоровье, ответы на которые были ему заранее известны. Мама могла бы назвать всех, кто часто приходил к отцу, но пока связаться с ней было невозможно.
При подготовке к встрече время для Григория тянулось вроде бы медленно, но пробежало быстро. И когда в пятницу ему позвонила Нади и радостным голосом напомнила, что завтра утром приедет в Смелу, Григорий растерялся. Ведь придется ей рассказать о случившемся с мамой, о готовящемся спектакле. Он не знал, как на все происходящее с ним отреагирует Нади, будет ли ему помощницей или, наоборот, из-за ее приезда хлопот лишь прибавится. А нужно ли ему «выпускать кота из мешка»? Ведь пока этой информацией владеет только он, ее утечки и связанных с этим возможных негативных последствий не будет.
Григорий попробовал отговорить Нади от поездки и тем самым вызвал у нее негативную реакцию.
— После Праги ты очень изменился. Вместо того чтобы после такой продолжительной разлуки гореть желанием меня увидеть, ты отговариваешь меня от поездки? У тебя кто-то появился?
— Никого у меня нет и мне сейчас не до этого! — вспылил Григорий. — Ты забыла, что у меня мама больна!
— Самочувствие Нины Васильевны ухудшилось? — забеспокоилась Нади.
— Нет, с ней все хорошо, она в больнице, — сказал Григорий. «Разве маме может быть хорошо, если ее выкрали и она у чужих людей и неизвестно, что дальше будет?»
Нади так же расценила слова Григория:
— Как в больнице может быть
Григорию пришлось сообщить часть правды:
— Хочешь — приезжай! Только я не смогу уделить тебе внимание — завтра будет встреча с моими одноклассниками. Я занят ее организацией.
— Это что-то новенькое! За время, что мы вместе, ты ни разу не упоминал ни о ком из одноклассников. А тут организатор встречи! Ты как хочешь, а я завтра утром буду у тебя. Когда намечена встреча?
— В 14 часов. Постарайся приехать пораньше.
— Слушаюсь, любимый.
— До встречи!
— Ты забыл сказать, что любишь меня и горишь желанием увидеться.
— Люблю и горю! — и Григорий отключился.
И увидел, что в мессенджере пришло сообщение от Лариссы.
Григорий разволновался. «Кого Ларисса наметила на эту роль? Женщину, которая ее хорошо знает? С ее стороны это неосмотрительно, а судя по предыдущим действиям, Ларисса просчитывает ситуацию на несколько шагов вперед. Вряд ли она сделает такую промашку. Или это посторонний человек? Как-то не вяжется».
Вдруг его обдало холодным потом, он понял, кого Ларисса наметила на роль нимфы Сабрины! Стала понятна дьявольская задумка Лариссы!
«Это будет Нади! Она актриса, моя любимая женщина, как Лара в школьные годы!»
Григорий вскочил и стал метаться по комнате, потрясенный своей догадкой, которая выглядела вполне логичной и объясняла все предыдущие действия Лариссы.
