Мужчина в сером плаще ворвался в комнату, где начинающий седеть бородатый мужчина навис над телом десятилетнего мальчика. Рядом лежали без сознания ещё трое — пара местных фермеров, явно являющаяся хозяевами жилища, и молодая темнокожая девушка в броне имперского инквизитора.
— Оби-Ван, ты успел? — разгоряченно спросил он, — мальчик жив?
— Не успел, — покачал головой бывший джедай, — мальчик убежал в пустыню, Рива бросилась за ним. Не знаю, что там произошло, но я нашёл обоих в глубокой отключке с глубоким истощением.
— Он будет жить? — обеспокоенно спросил второй собеседник.
— Физически, да, — Кеноби наконец оторвал руку от головы юного Скайуокера, — ментально… Я уже подкорректировал воспоминания Ларсам, но мальчик словно закрыт, у меня ничего не получается. Рива тоже в глубокой отключке — я могу вторгнуться в её мысли, но там сейчас такой хаос, что я думаю она могла лишиться ума совсем.
— Дай угадаю, мальчик оказался с предрасположенностью к копанию в мозгах? Он точно сын Энакина, а не твой, Оби-Ван? — спросил второй джедай.
— Силен он, как и его отец, Ферус, — проигнорировал бывший мастер-джедай подкол, — нужно чтобы судьбу отца не повторил он.
— Может пора начать его учить? — спросил бывший падаван.
— Я сам решу, когда пора настанет его учить, — отрезал Кеноби, — возвращайся на Альдераан, Ферус. Но сначала забери её, — он указал на тело в броне инквизитора, — не чувствую в ней Тьмы, у неё глубокий кризис. Если переживёт она случившееся, не падая окончательно — отпусти. Если нет, то реши вопрос.
С момента нападения на ферму Ларсов прошло два года. Я так и не узнал, как оказался в доме, куда пропала инквизитор и почему так спокойно отреагировали на нападение и быстро о нём забыли Ларсы. Ответ, конечно, был и скорее всего сидел сейчас где-то в пещерах Татуина, медитируя на джедайский меч. И почему-то мне общаться с ним пока совершенно не хочется. Тем более, что Квай-Гон пока не думал оставлять мою учёбу, а после того контакта с инквизитором очень многое, включая техники ментальные, шло гораздо легче, как будто вспоминаясь. Квай-Гон отмечал прогресс, но как-то цельно произошедшее не прокомментировал, сказав, что Сила сильна во мне. Надеюсь, он потом устроил выволочку своему бывшему падавану, за недостаточную охрану особенно ценных для Силы и будущего Галактики Скайуокеров. Оставалось только заниматься тем же, чем и раньше.
Вуз Казм привлёк моё внимание сразу же, как появился на Татуине. В этом человеке всё выдавало чужака, причём чужака интересного, не вписывающегося в местное общество более чем полностью.
Во-первых, из всех возможных вариантов трудоустройства он пошёл работать в Сельскохозяйственную академию, на освободившуюся должность преподавателя единой гуманитарной дисциплины, в которую слепили историю, планетоописание, то, что называлось в школах моего прошлого мира обществознанием, и культурологию, что в местных условиях считалось абсолютно непрестижной работой. Дело даже не в том, что за это не очень платили — нормально, но отсутствовало то, что называется социальным статусом.
Конечно, стоило признать, что в скоропостижной смерти его предшественника я прямо виноват. Старый тви’лек плотно сидящий на спайсе и мечтающий о мальчиках помоложе стал идеальной подопытной крысой для экспериментов в области насилия на разумом и получилось на нём почти всё — сбой вышел только в попытках поиграть с его агрессивностью, что привело к тому, что вместо того, чтобы разузнать сколько сейчас стоят фрахтовики старый извращенец набросился на людей Джаббы и был зарублен свиноподобными гаморреанцами быстрее, чем успел добраться до них.
Впрочем, это не равно не отменяло достигнутых успехов и в грубом, и в мягком влияние на разумы при помощи Силы. Просто одним старым наркоманом-педофилом меньше.
Во-вторых, Вуз вёл себя неправильно для Татуина. Имея опыт прошлой жизни, я его в целом понимал — житель общества цивилизованного пытался интуитивно действовать так, чтобы быть незаметным в обществе фронтира, но вот получалось, наоборот. Кто на Татуине вообще носит оружие скрытно?
Думаю, что в оригинальной истории его тихо прирезали за слишком умное для Внешнего Кольца лицо, но мне было интересно побеседовать с выдающимся, на фоне местных жителей, человеком.
Предупредив заранее Ларсов, что буду поздно и отклеившись от своей обычной компании сверстников, уже окончательно принявшей меня за главного, и, с разной скоростью, закрепляющей лояльность по мягкому сценарию, поспешил прицепиться незаметным «хвостом» за преподавателем. Вторым хвостом — потому что первым за ним тащилась родианская банда Одноглазого Вигко. Они бы и так на него напали в ближайшее время, поэтому небольшая коррекция и контроль не помешают. Одноглазый Вигко со своей шпаной в любом случае были бесполезны, набирать «пушечное мясо» мне пока необходимости не было.
