В третий раз она пришла в себя, когда маленькие ручки затаскивали её на каменную плиту, посередине огромного зала, освещенного странным зеленым светом, исходящим из факелов, висящих в воздухе и странной зеленой сферой, от которой исходили свечение и мертвецкий холод. Странные путы опутали её, как только два фьюи, а именно представители этой низкорослой расы затаскивали её на плиту, отпустили её, не давая сдвинуться с места, однако голова осталась свободна. Она не могла вымолвить не слова, но судорожно разглядывала происходящее вокруг. То, что она видела, вгоняло её в ужас. Её похитили, чтобы стать частью огромного ритуала жертвоприношения. Пять каменных платформ были установлены так, что образовывали собой древнетионскую букву V с небольшими расстояниями. Левее и чуть впереди в подобном же положение была зафиксирована молодая гунгунка, вероятно её ровесница. Уроженка Набу и представитель дома Наберри, дружного с этой инородческой расой, молодая сенатор умела различать в соседях по планете многое, даже возраст. Справа и чуть позади зеленые путы оплели старого знакомого Пуджи, её наставника и предшественника, теперь уже бывшего сенатора Джа-Джа Бинкса. Гунган слыл простодушным разумным, но его преемница знала — пускай у него и не хватает знаний в экономике или праве, этот разумный обладал феноменальным политическим чутьем и большим сердцем. Даже свой уход в отставку он подгадал так, чтобы его преемницей стала племянница его предшественницы и большой подруги, бывшей королевы Набу и сенатора Падме Амидалы, трагически погибшей в самом конце Войн клонов. И вот теперь они вместе захвачены неизвестными и предназначены на убой. Холод пробирал всё тело девушки до мурашек, заставляя её хотеть кричать, но она не могла.
Еще правее уже бывшего сенатора она увидела смутно знакомое лицо. Кажется, это был лорд Зирконн, представить хоть аристократической, но в целом заштатной семьи, поднявшийся только за счёт работы в администрации моффа Панаки. Пожилой уже мужчина, он исходился в беззвучном кашле. Сложно было увидеть, кто лежит на последней плите, но кажется там был совсем маленький ребенок. Ситуация казалась безысходной. Пуджа продолжала осматривать происходящее вокруг, теперь обратив внимание на тех, кто их пленил. Разномастная компания разумных — большинство из них были фьюи, но попадались и гунганы, зайгеррианцы, близкие к людям расы. Их было сложно разглядеть из-за полутьмы, но кажется она смогла насчитать почти полсотни — высокая фигура в красном капюшоне голосом полным холода медленно ходила между пленниками, подходя то к одному, то к другому, а ещё несколько мельтешили по залу, что-то чертя на его полу, пока остальные окружили место ритуала и распевали что-то на своем непонятном, странном языке полном горловых звуков. Ещё раз посмотрев на своего предшественника, она вспомнила историю времён Войн клонов, которую он рассказывал своей протеже. Тогда одну из союзниц Республики и друзей Джа-Джа королеву фьюи Джулию, по правде говоря, юная Наберри всегда подозревала, что та была его любовницей, похитили представители странного мистического культа Франгаул, тесно связанного с той самой загадочной Силой. Тогда Бинксу помог магистр джедай Мейс Винду, но теперь джедаев не осталось и совсем некому её спасти. Как бы ей хотелось, чтобы сейчас появился спаситель-джедай и произошло чудо, но надежда покидала юного сенатора. Её тётя верила в Силу, но сама она не знала кого молить о спасение.
Приготовления тем временем заканчивались и из общей массы выделились ещё пятеро, в таких же капюшонах, как у того или той, что руководила действием. Они были вооружены кинжалами и заняли свои места прямо над жертвами. Пуджа поняла, что сейчас их будут убивать, а умирать очень не хотелось. Девушка зажмурилась, не желая видеть свою смерть, а культисты всё громче и громче завывали свою тёмную песню. Тяжелые шаги были слышны, и юная Наберри начала неконтролируемо трястись — от холода, от нервного перенапряжения, от всего разом. Казалось, что сейчас всё и закончится, непонятно и страшно, однако из этого состояния её вывели неожиданные звуки, которые явно нарушали планы похитителей. Бластерная стрельба, падающие тела, странный жужжащий звук, дикие крики явно принадлежавшие гунганам, всё это мигом слилось в единую какофонию вместе неутихающим горловым пением части культистов.
