— Не всё то добро, что Свет, — медленно ответил он, повернув на меня свою голову, — мотивы и действия определяют разумных, а не используемые ими инструменты. Думали мы, что меньшее зло они и лишь идут на жертвы, чтобы остановить чуму, однако не все существа в этой вселенной имеют что-то похожее на мораль, какой бы она не была. Мы пришли, Люк Скайуокер.
Да не называю я себя так в этой жизни, чего заладили! Кто же их одарённых разберет… Теперь временем мы оказались у дверей, которые открылись, пропуская меня внутрь. Белдорион остался сзади, а я вошёл внутрь, оказываясь внутри Зала совета, похожего на тот, в котором заседали магистры в трилогии приквелов, по крайней мере в том виде, в котором он отложился у меня в памяти, и из которой, по видимому, было соткано всё меня окружающее. Внутри меня уже ждали. Лишь двое из двенадцати мест были заняты и я совсем не удивился, увидев перед собой Квай-Гон Джина и Оппо Ранцизиса. Остальные десять мест пустовали.
— Пусть и нестандартно, но ты справился со своим посвящением в рыцари, Люк, — вместо приветствия начал тисспиасец.
— Я думал, что Испытания выглядят немного по другому, — признался я, ожидая что будет дальше.
— В годы мира, безусловно, — согласился со мной Квай-Гон, — но тёмные времена диктуют свои обстоятельства. Не джедай-консул ты прошедшего мирного времени, но джедай нового времени, когда Орден вновь уничтожен.
— Будь джедаи прошлого только же узколобы, то Ордену не получилось бы так много раз возрождаться из пепла, — продолжил Ранцизис, — обстоятельства диктуют разумным условия, и только живые могут решить, как они обустроят Орден при своей жизни. Не те живые, что забились по норам и дрожат, а такие отважные, кто не боятся бросить вызов врагу.
— Ты из таких разумных, Люк — вторил ему Джин, — рыцарь-джедай.
— Благодарю за честь, — кивнул я, думая что это собственно мне даёт. Недоучкой и узкоспециализированным боевиком то я быть не перестаю, да и прочих непоняток хватает. Формального же признания никакого мне это не даёт.
— Я вижу, что сомнения гложут тебя, мой ученик, — почувствовал что-то Квай-Гон, — не стесняйся обратиться за советом к другому, нельзя сделать всё в одиночку.
— Меня волнует будущее… и прошлое, — признался я, решив что в сложившейся ситуации нет смысла лгать, по крайней мере в некоторых моментах, может посоветуют чего дельного, — я видел Видения о уже прошедшем и ещё не случившемся. Они разнообразны, часто схожи, но часть из них противоречат друг другу. Я видел смерть магистра Ранцизиса во время Осады Салукемая в конце Войн клонов, но я же и видел как уже имперские штурмовики разыскивают вас. Я не знаю чему из этого можно верить, ибо сбываются противоречащие друг другу Видения.
— Редкий дар, давно Орден не видел пророков, тем более таких сильных и специфических, — задумчиво начал Оппо, который к слову ощущался не прямо чтобы абсолютно светлым в Силе, — Сила не имеет разума, но в критические моменты помогает одарённым. Смерть на Салукемая имитировал я в своё время не без её помощи.
— У Силы нет разума, чтобы намеренно лгать, — продолжил Квай-Гон его мысль, — но мозг разумного искажает Видения, чтобы принять их в более удобной форме. Не все они выходят правдивы, особенно те, что ещё не случились и это главное в них. Будущего ещё не существует, его определяют разумные.
Теперь понятно, что абсолютно ничего не понятно. Вот и тяга Призраков Силы говорить загадками что ли проявилась? Эти двое же были относительно адекватными, даже тисспиасец. С другой стороны, никто и не обещал, что будет просто.
— Ты достоин, а значит не останешься без помощи, — продолжил Ранцизис, — я завещал тебе всё, что осталось от «Невидимого Фронта». Дождись, пока с тобой свяжется моё доверенное лицо. Ты знаешь её, хоть вы и не знакомы.
Подарок хороший, вот уж началась выдача роялей из кустов, только что-то подсказывает, что там совсем не Флот «Катана», а что-то совсем небольшое. Но ничего, даренной банте в зубы не смотрят. Ещё бы понимать, что это конкретно за лицо, а не опять решать джедайские загадки основанные на полунамеках и предположениях.
— Вопрос с планетой, которую ты ищешь, тоже будет решен, — сказал Джин, делая в мою сторону взмах рукой, — а теперь пора просыпаться. Тебе предстоит много работы, ученик.
Прежде чем я успел что-то сказать, всё вокруг начало растворяться, а потом я проснулся.
