Старый мастер успел наблюдать за обучением многих поколений джедаев и поучаствовать в воспитание многих из них, несмотря на то, что сам очень не часто оставался на Корусанте, будучи джедаем-часовым. Он и Т’ра Саа были самыми мудрыми и опытными из всех, кто присутствовал в Приюте джедаев и их влияние уже чувствовалось. Впрочем, Толму хватало мудрости мягко корректировать начавшийся процесс там, где это было необходимо, а не агрессивно навязывать свои взгляды. Долгие годы в изгнание, а перед этим в отдаление от Ордена, помогли ему сформировать собственную картину мира и не полностью соглашаться с довоенной картиной мира, что нёс Орден.
— Ваш потенциал ничего не значит, без должного обучения, — напомнила всем присутствующим Ассаж, — а Сила никому не помогла, когда джедаев тысячами убивали клоны. Все зависит только от живых.
Грустная правда не менее заставила забрака сморщиться. Он всё ещё не мог привыкнуть к тому, что бывший враг, убившая ни одного джедая во время Войн клонов теперь является их союзником. Пускай он и понимал всё аргументы, и теперь знал, что бывшая Темная последовательница работала на Орден против графа Дуку в самом конце Войн клонов, сердцем принять это было сложно. Однако рациональность и общий враг помогали держать себя в руках. Хранитель архивов на всякий случай напоминал всем, что раньше Орден уже принимал в своих рядах перебежчиков и из самой Империи ситхов.
— Им не хватает плавности движения, а здесь не хватает учителей, — продолжила Вентресс, — раз уж рассматриваете всех, подумайте над расширением числа учителей для тех, кто только начинает и кого нужно учить просто двигаться. Они не обязательно должны быть одаренными.
В этом действительно был смысл, по крайней мере опыт с интеграцией ряда техник матукай помог с физическим развитием молодых учеников-джедаев, которые теперь управляли своим телом гораздо лучше. Это не заменяло полноценное обучение, но позволяло физически развить тела и наладить контакт с Силой.
— Терас-каси, — вспомнил Вос, это древнее искусство — одаренные вне Ордена не редко учили его как основу действий. Я кажется знаю, к кому можно обратиться.
Весь Альдераан бурлил в преддверии праздника в честь Дня Империи и не знал, как тяжело на душе у настоящего хозяина этой мирной планеты. Неожиданно грянувшая попытка государственного переворота со стороны одной из многочисленных специальных служб ошарашила всю Галактическую Империю, а потом грянули чистки непричастных, но подозреваемых в нелояльности. Под удар попало большое количество союзников и единомышленников Бейла, а так же просто симпатизирующих идеям свободы сенаторов и сам Органа ждал, что на его родную планету может в любой момент явиться группа захвата, приготовившись бежать в любой момент, однако ничего из этого не произошло. Он понимал, что глава мятежа был одним из его негласных союзников и информаторов, но не мог догадаться, почему попытка переворота происходила так неорганизованно, словно спонтанно и в ответ на что-то, однако информацию об истинных причинах таких действий у него не удалось получить. Оставалось делать вид, что ничего не произошло и готовиться к большому празднику связанному с выражением верности нынешнему режиму, других вариантов не оставалось. На самом деле подобное происходило уже не в первый раз, и все традиционные гости старались не замечать формальный повод и предавались развлечениям. Для народа Альдераана же празднества ассоциировались с традиционным днем начала весны и символического нового рождения природы. Бейл Органа умел найти подход одновременно ко всем.
— Я не понимаю, что происходит Бейл, — Мон Мотма прибыла на Альдераан раньше остальных гостей, чтобы обсудить сложившуюся ситуацию, — я думаю, что мы контролируем ситуацию, а теперь выясняется что совсем нет. У тебя есть новости?
Новость о том, что на имперскую тюрьму был осуществлён налёт и арестованные сенаторы исчезли в неизвестном направление испугала всех и ещё больше спутала карты у тех, кто уже был готов начать подготовку к вооруженному восстанию против Галактической Империи. Они до сих пор не знали, что случилось с Гармом и жив ли он вообще. Особенно это трагично выглядела на фоне информации о смерти бывшего сенатора Галла Трейвиса, единственного, кто посмел открыто выступить против Империи. Конечно он всегда держался в стороне от Кантан Дома и был себе на уме, а сам Органа раньше подозревал его в работе имперским провокатором, но быть сожранным заживо охотником за головами… Это убийство подняло широкую волну недовольства среди тех, кто раньше сомневался и у повстанческого дела появилось много новых тайных спонсоров, готовых материально поддерживать зарождающееся движение.
— Мне удалось навести справки и всё не так плохо, как могло показаться, — слегка улыбнулся вице-король, — мы скоро увидим Гарма, живым и здоровым. Только дождёмся ещё одного нашего гостя, который погружен в ситуацию гораздо больше, чем я.
