Опускаться на поверхность «Дункан» не планирует до того, как мы не завершим успешно операцию, изъяв медальон из неподходящих рук. Гунганы в реактивных ранцах и дыхательных масках конечно выглядят более чем забавно, но других вариантов нет, а сами они проверено готовы к орбитальному десантированию. Кроме Абсо-Бара мне знакомы два высоких даже по гунганским меркам близнеца, с которыми мы впервые встретились ещё во время миссии по освобождению заложников в том самом злосчастном храме на Набу. Оставшаяся пятерка гунганов это относительно новые лица, не узнаю никого из них, однако все проверены Рексом и Абелем, а поэтому вопросов к их профессионализму нет.
Трап наконец открылся, а корабль перестал снижаться, это значит мы достигли уговоренной высоты и ниже Гринбарк и Скиппи опускаться не будут.
— Наша вперёд, — подражая гунганскому пиджину бросил я коммандос, закрыв забрало шлема и первым устремившись к трапу, — наша всех ограбить, наша всех убить.
Подавая пример, я первым бросился вниз, предаваясь свободному падению и не сразу активируя реактивный ранец за спиной. Всё же падать и летать мне в этой жизни на удивление нравилось. Гунганы уже не первый раз потешавшиеся над таким использованием своего языка добродушно загыкали, по одному устремились следом за мной, уже взявшему курс на цель, будучи ведомым Силой.
Карнесс Муур умел ждать, за долгие тысячелетия своего посмертного существования, подавляя свой гнев и кажущуюся обреченность. Семь тысяч лет назад он был принят в Орден джедаев и завершив обучение, стал рыцарем. Он быстро примкнул к тем джедаям-исследователям, что экспериментировали с Силой и использовали её, чтобы менять саму жизнь, добившись огромных успехов в том, что в последствие будет названо алхимией. Первоначало все они были чистосердечными идеалистами, самыми темными из желаний которых было разбогатеть или стать знаменитым, желая принести в галактику победу над смертью и бедностью, уничтожить все болезни и принести процветание благодаря передовому синтезу последних достижений науки и техник Силы, которые эти новые джедаи не стеснялись создавать вновь и заимствовать у других традиций пользователей Силы, в те времена ещё широко существовавших в удаленных уголках галактики. Конечно же вскоре они начали обретать и политическую власть, хоть изначально и не думали о ней, связывая себя с множеством корпораций и правительств, особенно когда их деятельность начала приносить ощутимые успехи.
Однако вместе с этим росли и их гордыня и пренебрежение остальным Орденом, всё менее разборчивы они становились в методах, считая всё большое количество из них допустимыми и потом некоторые из их уже забытых лидеров допустили самую главную ошибку — потребовали поделиться властью на Тайтоне, допустить представителей алхимического направления на освободившие места в Совете и наконец официально признать верность их учения. Джедаи этого не допустили, вместо этого осудив новое учение, признав его последователей слишком похожими на Легионы Леттоу, после чего потребовали от выскочек отказаться от большинства новых практик, отказаться от поисков вечной жизни и всегалактического блаженства. Нельзя сказать, что у джедаев не было на это оснований, многие из алхимиков в тот момент уже перешли грань, пользуясь возможностями, что предоставляет Тёмная Сторона Силы и даже начали поиск утраченных знаний, что остались от Легионов Леттоу. Тем не менее, неизбежное случилось — сначала еретики оставили Орден, бежав с Тайтона и прочих планет контролируемых джедаями, а потом началась война. Джедаи нанесли первый удар, стремясь арестовать тех из еретиков, кто стремился к запретным знаниям, требуя от них прекратить пользоваться Силой. Те ответили отказом и вскоре началась война, длившаяся целый век и известная как Столетняя тьма, в ходе которой еретики окончательно пали на Тёмную Сторону и лишились всех предрассудков. Для них, улучшивших свои тела при помощи Силы и алхимии, сотня лет не была всей жизнью.
