— Император призвал меня назад на службу и у меня просто не было другого выбора, — вздохнул Торбин, — но ты даже не представляешь, насколько плохо всё плохо. Дело даже не в попытке путча, меньше чем за два годы Инквизиторий остался почти без всех главных боевых единиц. Некоторых из них я готовил десятилетие! А теперь мертвы вся группа Тремейна и он сам, мёртв Джей’с Йиасо, которого я видел следующим Верховным Инквизитором, даже хороших исполнителей почти не осталось, этот джедай недобитый умудрился потерять и ×1, и Фа’Золла. Почти всё первое поколение инквизиторов без джедайского опыта уничтожено, а из старой гвардии остались только бывшие джедаи вроде Джерека, но этим доверять нельзя. Я буду буквально собирать первую линию заново.
Возможность выговориться перед равным без опасных для себя последствий была ценной и важной функций их закрытого клуба для равных, новые члены которого могли появляться лишь по рекомендации и после одобрения его создателя и хранителя. С Армандом Айсардом он был знаком ещё до Войн клонов, когда сам Торбин служил директором по информации в Судебном департаменте, а его собеседник возглавлял Сенатское бюро разведки. Формально конкурирующие разведывательные службы однако силами своих руководителей не тратили время на борьбу друг с другом, а когда Палпатин провозгласил Галактическую Империю оба сохранили ему лояльность и были двумя самыми эффективными борцами с джедаями и инакомыслящими. Каждый из них считал себя профессионалом не склонным к интригам и склочной борьбе между фракциями, и никто из них не понимал настоящей степени своих заблуждений.
— Мне действительно будет не хватать компании Ладдинара в исследованиях древности, — услышали оба человека новый голос, прежде чем увидеть чагрианина спускающегося по лестнице к ним, — но боюсь, что Империи нужна рука профессионала в Инквизитории. Слишком уж много бед от одаренных обрушилось на галактику в последнее время. Надеюсь, что сегодняшний вечер скрасит все сложности хоть немного.
Бывший вице-канцлер Галактической Республики Мас Амедда не затерялся и после Империализации, будучи идеологом реформы Старой Республики задолго до Палпатина. Сейчас он был членом Имперского правящего совета и представителем Императора в Имперском Сенате, сохраняя огромное влияние в том числе и на тех, кого он за свою долгую карьеру продвинул вперёд по карьерной лестнице. Этот приём был не просто чествованием Ладдинара Торбина, чагрианин представлял отсутствовавшему вдали от столицы и происходящих в ней событий гранд-инквизитору новых перспективных военачальников.
Значимую часть из них, к примеру гранд-моффа сверхсектора Имперский центр Трахту, некогда бывшего креатурой Айсарда и сделавшего феноменальную карьеру ещё во время Войн клонов, Торбин знал давно и хорошо, однако к ряду выдающихся новичков ему теперь стоило внимательно присмотреться и изучить их. В этот раз среди новых лиц большинство составляли флотоводцы: адмиралы Афшин Макати, Милтин Такел, Джозеф Гранджер и Руфаан Тигеллинус из состава действующего флота явно численно доминировали, в то время как из остальных направлений присутствовали только мофф Бертрофф Хисса и директор Имперского центр флотских исследований Деметриус Заарин.
— Не бойтесь, старый друг, я не собираюсь оставлять исследования древности на своем посту, — ухмыльнулся Ладдинар, — в конце концов, теперь мои самые компетентные инквизиторы — это археологи. И это вы ещё не видели, какую коллекцию неожиданно собрал прямо в рабочем кабинете изменник. Нужно будет обязательно провести вам экскурсию.
Арманд Айсард незаметно для окружающих поджал уголки губ, радуясь тому, что некоторые вещи возвращаются к лучшему состоянию. Хотя бы один вечер он собирался не беспокоиться из-за растущих по всей галактике мятежных настроений и стремительного взросления собственной дочери.
