– Давим оставшиеся огневые точки и сближаемся, – приказал Зигфрид, – абордажной группе приготовиться.
Заказ от Нанимателя в этот раз был однозначным - захватить тюремный транспорт, освободить содержащихся на нём заключенных, передать на руки Нанимателю, получить списание своих долгов. В этот раз на бортах находились по два представителя Нанимателя, которые должны были провести воспитательную работу с освобожденными заключенными. Зигфриду досталась парочка молодых родианцев вооруженных тяжелыми бластерными пистолетами DL-44, которых он называл в голове Высокий и Низкий. Волновало это его не слишком сильно, тем более оба зеленых свое место знали и в дела капитана не лезли.
Подавив сопротивление оставшихся орудий, корабль Зигфрида подлетел вплотную к своей цели, готовя стыковочно-штурмовой рукав, который должен был врезаться в имперский корабль. Штурмовой отряд из дюжих раттатаков уже ждал своего капитана, традиционно лично водившего своих людей в абордаж. Матукай подхватил свой традиционный для адептов этого культа уон-шен, длинный шест, на одном конце которого одностороннее заточенное лезвие, в то время как якоря на тросах уже вылетели из его корабля, пробивая обшивку имперца и плотно прикрепляя таким образом корабли друг к другу, а абордажники в свою очередь в последний раз проверяли свои легкие скафандры.
– Начать стыковку, – приказал Зигфрид, убедившись, что плотное крепление достигнуто, – к бою. Пленных имперцев не брать.
Такой задачи от Нанимателя не стояло, а значит причин сохранять тем жизни не было. Никто из его подчиненных точно не собирался проявлять такое милосердие. Все они ненавидели Галактическую Империю за то, что та сделала при завоевание Раттатака.
Толпа разумных собралась на небольшой площади перед Академией Анкорхеда шумно обсуждая последние новости. Городок хоть и становился теневой столицей Татуина, всё равно не привык к таким мероприятиям, торжественным по местным масштабам. Судя по всему, съехались гости не только с окрестных ферм, но и из других городов, что было экстраординарным событием. Отличная атмосфера, чтобы маленькому карманнику половить вомп-крыс в песчаной буре. Сирота уже свыкся со своей новой судьбой - отца он никогда не знал, а его мать погибла во время последнего налёта песчаных рейдеров на город, после которого и началось их истребление. Теперь он жил у двоюродной тётки, бантуподобной злой женщины, пьянствующей и сожительствующей с не менее толстым тви’леком. Жилось голодно и поэтому он начал воровать, благо получилось это у него хорошо. Он быстро освоил это дело и научился уходить от взглядов разумных, хотя часто ему просто невероятно везло.
Бывшая Сельскохозяйственная академия отбросила старое название, и кроме ни капли не изменившегося курса для татуинского фермера, в ней начали стремительно появляться новые направления. Никто до сегодняшнего дня не понимал, откуда у этой небогатой школы деньги, однако неожиданно было выкуплено и переоборудовано несколько корпусов и общежитие, нанят дополнительный персонал, большинство из которого составляли новые переселенцы из других миров, а город заполнили студенты, большинство из которых были опять же иноземцами. Хотя многие богатые татуинцы тоже присматривались к активной деятельности нового главы Академии - пусть направления «Археолог» и «Специалист по управлению персоналом» интереса не вызывали, но вот «Пилот-механик малых летательных систем» и «Фельдшерское дело» не могли остаться без интереса. Однако не привыкшие торопиться богатые татуинцы не спешили, собираясь сначала присмотреться к первым результатам.
– Кхе-кхе, дорогие жители и гости Анкорхеда, мы начинаем, - появился на своеобразной трибуне, на которой были оборудованы микрофон и звукоусилители глава города Хуфф Дарклайтер, – наконец я могу поделиться это радостной новостью, которая станет новой вехой в жизни нашего города и всего Татуина. Благодаря совместным действиям Муниципального совета Анкорхеда и наших новых больших друзей из фонда «Будущее», мы может официально объявить об открытие новейшей Академии Анкорхеда! Уверен, нашими общими усилиями она вскоре станет лучшей во всем секторе!
Толпа ответила шумом оваций и аплодисментами и сирота давно приметивший жертву решил, что пора действовать. Он давно нацелился на опрометчиво показывающийся из кармана кошелёк высокого черноволосого человека, явно не бывшего местным, хоть и одетого вполне по татуински. Возможно он приехал из другого города - сирота этого не знал и его это не интересовало. Его занимал лишь кошелек черноволосого. Дождавшись, когда тот будет точно увлечен речью главы совета, мальчик прошмыгнув между двумя родианцами и осторожным движением потащил на себя кошелек, уверенный в том, что очередная кража прошла успешно.