Мы обменялись ещё парой ничего не значащих фраз, уточняющих здоровье друг друга и всё такое, пока Банай наконец не намекнул ещё раз, что был бы не прочь сменить сферу деятельности по ранению. Наши приключения становились всё опаснее и уже чуть не убили самоотверженного друга отца, ставшего и мне чем-то вроде старшего наставника и я его желание выйти из игры прекрасно понимал и осуждать не мог. Китстер один раз уже буквально умер, чтобы спасти мне жизнь.
– Думаю, что нашему легальному транспортному бизнесу нужен полностью включенный в дело директор и лучше тебя кандидата сейчас не найдем, – слегла приврал я, потому что найдем конечно, – но сначала полностью выздоравливай.
– С радостью, – улыбнулся Банай, слегка косясь на Павана.
Я явно прервал какой-то важный для обоих разговор, но что могло объединять этих двоих ничем не связанных и познакомившихся совсем недавно людей? Надо разбираться прямо здесь и сейчас, не стоит плодить недосказанность, если уж решил ничего не запускать. Разгребать последствие своих поступков ещё предстоит очень долго. Однако беспокоить больного не решился.
– Джакс, пройдемся? – предложил я детективу, на что тот молча кивнул, – Кик, ещё зайду.
Мы вышли из палаты, идя по пустому коридору. В небольшой клинике сейчас было два постоянных пациента - БоШек и Банай, лишних сотрудников тоже не наблюдалось, поэтому место для разговора было подходящее.
– Как я понимаю, вы тут что-то утаиваете, – неожиданно перешел я в атаку на джедая, – выкладывай сразу.
Джакс как-то тяжело посмотрел на меня, собираясь со словами, но в глубокое отрицание не ушел, уже успех. Надо будет потом у каамаси из голокрона уточнить, как работают пассивно у меня развиваемые ментальные способности. Однако сейчас надо было уточнить, о чем шла речь. Если ничего серьезного, то пускай так, хотя есть у меня одно подозрение.
– Люк, что ты знаешь о своём отце? – наконец решился спросить Паван.
А вот оно что, что-то раскопали. Оба же с Энакином контактировали на протяжение разных частей его жизни, каким-то образом умудрились сойти. Кажется мою настоящую фамилию детектив уже выявил. Надо отвечать и вытаскивать из него информацию, в чём-то удобный момент.
– Его звали Энакин Скайуокер, он был генералом и рыцарем-джедаем, погибшим в конце Войн клонов, – начал с очевидного я, – Оби-Ван говорил, что его убил бывший джедай Дарт Вейдер, как понимаю, столкновение с ним мы и пережили. Лучший пилот Галактики, нарушитель орденских правил, тайный муж сенатора от Набу, ещё по мелочи. Вы были знакомы с ним или с Вейдером?
При упоминание Кеноби глубокое удивление отразилось на лице собеседника, в виде залезших на лоб бровей, я про этот момент своей жизни ещё не рассказывал новому знакомому да и вообще не очень широко распространялся, учитывая подробности нашего расставания с бывшим магистром Ордена. Я так и не продумал полноценную легенду, почему мы расстались.
– Мы были знакомы с твоим отцом, мы были падаванами в одно время, – тяжело вздохнул Джакс, вспоминая своё прошлое, – с Вейдером я сталкивался один раз, в первые годы Империи, потеряв тогда своего ученика. Тогда я и узнал эту тайну. Теперь от Китстера я узнал, что ты сын Энакина.
Не говоря ни слова я наклонил голову направо, всматриваясь в глаза пережившего многое джедая, который проходил какой-то свой катарсис. Раз уж у меня так выходит легальный источник знания, надо дожимать. Особенно в условиях, когда на меня уже открыта охота галактического масштаба, лишним не будет. Как и сам Паван в моей команде.
– Люк, ты должен это знать, – наконец решился джедай, – Энакин Скайуокер и Дарт Вейдер это один и тот же человек. Твой отец один из ситхов, что стали палачами Ордена.
Какой однако во мне актер умер, пришлось изображать реакцию осторожного удивления. Да знаю я эту информацию, а вот что ты с ней будешь делать, новый знакомый? Не убежишь ли ты вслед за Кеноби в неизвестность?
Хана Соло, а следовательно и Чубакку который и здесь принес свою странную клятву кореллианцу, мне удержать не удалось, несмотря на то, что эти двое фактически вывезли нас с Корусанта, оторвавшись от погони целой эскадрильи TIE. Я сразу предложил бывшему имперскому лейтенанту огромный, по любым разумным меркам оклад за должность летного инструктора, однако тот подумав отказался и заявил о желание уйти на вольные хлеба. Жаль, но ничего поделать нельзя, хотя опасения, что его схватят были. Конечно знание о Татуине, как о нашей базе было довольно критичным, однако пристрелить рука не поднялась. В первую очередь из-за Чуи и его наставлений переданных в диаспору вуки. Отпустили и теперь у меня есть приток уроженцев Кашиика, активно нелюбящих Империю. Жизнь это зачастую выбор из двух зол, большего и меньшего.