Оба инородца с удивлением обернулись на миниатюрную по сравнению с ними девушку, которая стремительно сокращала расстояние. Оглушивший бармена хрюкая рассмеялся, в то время как его напарник разъяренно закривав бросился на Севандер.
Девушка неожиданно для окружающих сделала неожиданно прыжок, чуть не достав до потолка, уходя от попыток удара со стороны гаморреанца, после чего обрушилась ему сверху на прямо на голову. Именно сейчас Лану заметила, что её собеседница была обута в тяжелые ботинки с металлическим утяжелением, поэтому удар даже несмотря на небольшой вес девушки вышел мощным, к тому же явно усиленный Силой. Инородец рухнул, а Рива оттолкнувшись от него сделала кувырок и приземлилась прямо на барную стойку перед вторым бузотёром.
Гаморреанец попытался ударить её, однако девушка смогла увернуться и перейдя в контратаку нанеска мощный удар с носка прямо в зеленую морду, временно ослепив инородца на один глаз. Тот отшатнулся, сделав шаг назад, но устоял, вынуждая Риву спуститься с барной стойки на пол. Воспользовавшись передышкой зеленокожий смог собраться и попытался обрушить на девушку серию ударов почти в слепую, однако та успешно уклонилась от них, после чего поймала противника и опять ударила ногой прямо между ног инородцу. Не ожидавший такого, тот взвыл и упал на пол, скрючившись от боли.
В это время Лану поняла, что второй гаморреанец пытается встать и может ударить Риве прямо в спину, если ничего не предпринять. Оглядываясь в поисках оружия, она не смогла придумать ничего лучше, чем призвать Силой со стены местное странное оружие под названием гаддерфай. Похожее на дубинку, оно по мысли Лану должно было исполнять декоративную функцию, но на практике оказалось вполне увесистым. Не имея лишнего времени думать, Пасик схватила его и вложив всю свою Силу в удар орбушила непривычное оружие тупым концом на затылок пытавшегося встать гаморреанца и сама того не ожидая его вырубила, словно ребенка, а не огромную тушу прошедшую эволюцию в пользу крепкого черепа.
– Хороший удар, – констатировала Рива, – зря они это, Люк ведь хотел с ними по хорошему. Теперь вариантов и не осталось.
Приблизившись к корчащемуся от боли инородцу, она ещё дважды нанесла ему удары по голове, повод со второго раз в висок и отправив тем самым его в бессознательное состояние. Крепкий гаморреанский череп позволял надеяться, что ничего сильнее сотрясения с его обладателем не случится.
Сразу же после этих слов в опустевшую кантину ввалились двое родианцев в форме местной Народной Милиции, с бластерами готовыми к бою.
– Эти туши в Подвал, – приказала им Рива, словно так и должно быть, – доставить живыми, но станнеров можете не жалеть. Мозгов у них не слишком много, чтобы было что повредить.
Лану ещё и предположить не могла, что всё это часть куда большего процесса, избежать вовлечение в который у неё уже не получится, к тому же не факт, что хотелось. Гаморреанцы Ток и Горк и в свою очередь и предположить не могли какую они сильную ошибку совершили, сначала решив сбежать от Джаббы хатта, а потом попробовав разгромить кантину принадлежавшую не какому-то обычному татуинцу, а любовнице настоящего хозяина этого города, по совместительству его же тёмной Деснице.
С Малого Лубанга каждый направился по своим делам, которых становилось всё больше и больше. Взяв «Мародёр» укомплектованный наконец полноценным экипажем и несущий несколько эскадрилий набуанских истребителей N-1 мы покинули планету, что служила временной базой для сил «Организации освобождения Внешнего Кольца». Мой путь лежал в Централию. Перед отлетом наконец выполнили мою давнюю задумку и украсили корабль аквиллой, которой суждено стать нашим символом. Не джедайский символ же использовать, и не будущую символику Альянса повстанцев, связанную с домом Мареков, так же известную мне как повстанческий «Феникс»? Что обозначают две головы ещё придумаем и не раз.
Капитаном «Изгоя»*, как был назван корвет, был родианец Бэнон Старкиллер. Никакой он на самом деле не Старкиллер конечно, Лоф Соко узнал достаточно о его прошлом, псевдоним выдуманный, но сбежавший от долгов бывший капитан «Консульского», успевший покомандовать им в последний год Войн клонов в составе Республиканского флота. Это была взаимовыгодная сделка - со стертой личностью и в розыске без прошлых заслуг капитан вряд ли бы устроился даже техником, а мы сейчас нигде не могли найти более компетентного специалиста, готового за достойное жалование включиться в дело борьбы за мои интересы, и с Империей конечно же. Время когда имперские офицеры массово переходят на сторону Восстания, а старореспублинские отставники бросая всё возвращаются на службу ещё не пришло.