Пройдя мимо охраны, Бейл зашёл внутрь, чтобы обнаружить двух совсем не похожих друг на друга женщин пристально наблюдающих на бакта-камерой, в которой плавал без сознания юноша с соломенными волосами. Молодой Скайуокер казалось не был внешне сильно похож ни на отца, ни на мать, ни на сестру, однако сейчас было не до этого. В оригинальности сына Энакина у вице-короля сомнений не было, в отличие от вопросов к Оби-Вану.
– Каково его состояние? – спросил Органа у медицинского дроида, что контролировал здоровье ценного гостя.
Этот домашний меддроид семьи Органа не подвергался чистке памяти уже очень давно и наверняка сформировал псевдоличность, однако Бейл доверял медицинские тайны такого уровня только ему. Сравнить геномный материал не так сложно, а в Галактике наверняка хватает медицинских данных Энакина Скайуокера и Падме Амидалы.
– На удивление неплохое, после такого падения, – произнёс успевший выработать характер медик, – закрытый перелом левой руки, который я уже вправил, ушиб внутренних органов, небольшое сотрясение – ничего серьезного и угрожающего жизни, особенно с учётом того, что в этой голове явно нечего сотрясать. Тем не менее, пока он остаётся без сознания и я не могу установить причину.
Набуанка была обеспокоена, в то время как уроженка Серенно скорее напряжена. Она и так была невероятно зла на происходящее, потеряв своего графа, однако винила себя в его смерти не меньше чем альдераанские службы охраны и теперь считала юношу единственной зацепкой о происходящем, особенно когда того так быстро спрятали от имперцев.
– Кто это, вице-король? – зло и дерзко бросила она хозяину планеты, словно её жизнь сейчас не была в его власти, – и почему всё так тайно? Он не похож на простого охранника.
Она подмечала много необычного в происходящем, но понимала, что Органа играет сложную игру и допустил её до информации исключительно потому, что она стала первой свидетельницей всего происходящего. Однако у этого были свои плюсы и теперь она знала об этом юноше того, что скорее всего не знал больше никто в Галактике. Бейлу же было сложно ответить полноценно, потому что он сам не до конца знал, что привлекло молодого Скайуокера сюда раньше уговоренного времени и какая в этом роль Со Герреры и Сабе.
– Лишь один из моих гостей, сын спонсора гуманитарных программ, что оказался рядом с место убийства и не остался равнодушным, – припомнил официальную легенду, которую использовал мальчишка сенатор, обещавший позже устроить выволочку всей своей службе безопасности, – очень талантливый юноша, как вы видите, на Внешнем Кольце много таких.
Таймон однако не собиралась ему доверять и продолжала допрос, словно находилась на позиции силы.
– Именно поэтому с ним нянчится находящаяся в имперском розыске набуанка? – приблизилась вплотную к Органе темнокожая женщина, – что за заговор тут плетется, за какие твои подковерные игры погиб мой сюзерен? Ещё один путч?
Прежде чем Бейл успел что-то ответить, Кандра была одернута Сабе, сдерживающей эмоции под маской аристократичного холода, но явно не уклоняющаяся от словесной дуэли.
– В нашей культуре принято охранять даже тех, кто только рассматривается в качестве члена семьи, а не бросать их под расстрел, – отрезала тень королевы, – оставь его для моей подопечной, твоего хозяина убила Империя, а не он.
Если бы взглядом можно было убить, то Таймон наверняка пронзила бы набуанку насквозь, однако и молча принимать укор она не собиралась, продолжая агрессивно наступать в словесной перепалке.
– Мне предстоит вернуться на Серенно, для того чтобы обеспечить безопасность выбора регента для наследника престола, – бросила она суровый взгляд на Органу, – я хочу, чтобы он проследовал за мной, пока не будет выбран регент и не обеспечена безопасность Брона Дуку.
Требования казались бессмысленными и абсолютно алогичными, однако прежде чем Бейл все же успел вернуть двух женщин в реальность за казалось бы звуконепроницаемой дверью послышались глухие звуки, заставившие хозяина дворца обернуться и отвлечься от не особенно осмысленного спора. Это казалось бессмысленно, ибо они находились в центре самого защищенного места планеты, однако это было фактом. Связь неожиданно пропала, поэтому сенатору оставалось только наблюдать, в то время как обе женщины, только что яростно спорившие отступили, прикрывая собой камеру с бактой и юношей в ней.
Когда дверь открылась, первым показался высокий темноволосый усач в летном комбинезоне, направивший на всех находящихся внутри ручной бластер. За ним появился Реймус Антиллес, обезоруженный и подталкиваемый шатеном среднего роста, который приставил к голове опытного капитана бластер, отобранный у него же.
– Руки, чтобы я у всех видел! – гаркнул усач, наводя бластер на Органу, – доставайте его, немедленно!
Следом появился ещё один черноволосый, но на этот раз чисто выбритый, человек в летном комбинезоне, приставивший металлический цилиндр, в котором Бейл легко узнал световой меч, к шее его племянника.