Ещё совсем недавно по своему внутреннему времени Ионная группа штурмовала Меркану, планету во Внешнем кольце, что служила центром сепаратистской пропаганды, очищая её от сепаратистов под командованием генерала-джедая Роана Шрайна. Командующий хорошо относился к клонам, и лично спас капитану жизнь, поэтому когда коммандос получили приказ 66, то не поверили в его реальность, посчитав уловкой сепаратистов и даже не подумав о том, чтобы открыть огонь в спину сослуживцам. Они сорвали засаду, устроенную для джедаев майором Залпом и дали им время для бегства. Позже узнав, что приказ не был уловкой сепаратистов и исходил непосредственно от Канцлера Республики, коммандос не изменили своего мнения, отказавшись преследовать и убивать сослуживцев.
– Уверен? – переспросил капитан.
Позже на Меркану прибыл тот, кто звал себя Дарт Вейдер, чтобы расследовать случившееся. Он был похож на джедаев, только его световой меч был красного цвета, а лицо скрывал черный, как и вся броня, шлем. Скалолаз рассказал Вейдеру, что не подчинился приказу, потому что джедаи не были врагами Республики, не признавая авторитет и власть непонятно откуда взявшегося человека, почему-то называющего себя командующим. В конце концов, они служили Республике, а не какой-то там Галактической Империи, первым действием которой стал приказ об убийстве их боевых товарищей. Дарт Вейдер не сумел придумать убедительный контраргумент и вместо этого выхватил свой световой меч, чтобы казнить коммандос. Ионная группа открыла по этому неправильному джедаю огонь, но тот с лёгкостью отклонил все их выстрелы и убил своим мечом двоих коммандос. Скалолаз и Следопыт побежали в ближайший подлесок, однако при этом лидера группы ранил в ногу отражённый лазерный луч. По приказу Вейдера двух беглецов схватили бойцы коммандера Эппо, после чего их обоих отправили в тюрьму на неизвестный Эгон-девять.
– Разный рост, причем оба выше нас, – уверенно кивнул второй клон, – да и вооружены они карабинами какого-то непривычного образца.
Клоны ожидали, что их будут судить за невыполнение приказа и измену, казнят или по крайней мере бросят в тюрьму, но вместо этого случилось ещё более неожиданное. Скалолаз знал о карбонитовой заморозке, использующейся часто для доставки продовольствия в ряды воюющей армии, однако не был готов, что окажется заморожен сам, словно продовольствие. И теперь капитан совсем не понимал, сколько времени он провёл в этом ужасном состояние.
– Кажется мы были в заморозке достаточно долго, чтобы у них закончились клоны, – невесело хмыкнул он, – Империя хаттова.
За пределами камеры вновь послышались знакомые громкие звуки, которые теперь не мог отрицать даже Скалолаз. Звуки бластерных выстрелов сменились легко узнаваемым любым клоном звуком пробегающих солдат в броне. Следопыт вновь прижался ухом к стене камеры, после чего свет в первый раз моргнул, погаснув на мгновение.
– Не знаю, сколько времени прошло, но там кажется идёт бой, – вскочил коммандос на ноги, ещё раз начав искать слабые места в камере, – не знаю, бунт или тюрьму штурмуют, однако это может быть наш единственный шанс.
– Никогда не был больше готов к бою, чем сейчас, – проворчал капитан, – могу стрелять на звук. Из пальца.
Следопыт хотел вернуть остроту, однако в этот момент свет погас, в этот раз на совсем, а потом раздался щелчок, словно при открытие магнитного замка.
– Не может так плохо охраняться камера, – сам не поверил в случившиеся младший из клонов, – это же полная безалаберность и отсутствие систем защиты в тюремной камере.
– А это и не тюремная камера, а передержка на пару дней, – ответил ему капитан, фиксируя что без света осталось меньше причин провоцирующих его головную боль, – всё равно ничего не вижу, только вместо белого пятна теперь черное.
Тем не менее, Следопыт навалился на дверь с новой силой, не с первой попытки, но найдя к ней подход. Приложив несколько раз дверь сильным ударом ноги под углом он добился неожиданного, но желанного результата и та приоткрылась, разомкнув замок, вышедший из строя вместе с перебоем в электроэнергии, открывая вид на часть коридора и ногу в белом доспехе, лежащую на полу.
– Капитан, готово, – навалившись, клон распахнул дверь шире, осторожно выглянув в проем, – тут только что был бой. Двое имперских солдат в броне нового образца, предположительно убитые.
Выскользнув из камеры, Следопыт присел на колено рядом с ближайшим из солдат, чей нагрудный доспех был разворочен несколькими удачными попаданиями, а сам он не подавал признаков жизни. Не живут люди с дырой в сердце.
– Не клон, – констатировал коммандос, стянув с мертвеца шлем и обнаружив под ним иссиня-чёрного человека, с переломанным ещё при жизни и криво сросшимся носом, – выбираемся отсюда, пока можем.
Он подхватил оба карабина так и лежащие рядом с мертвыми штурмовиками, прежде чем вернуться в камеру, сразу же вручая один из них капитану и забрасывая вторую руку того себе на плечо.