А в тот день, когда началась эта история, стояла необычная даже для этих мест жара. Возможно, в стоячем, тяжелом воздухе и было дело, но Сол с утра чувствовал, что сегодня днем на маяк принесет еще одного самоубийцу. Он внимательнее обычного вглядывался в посетителей и сразу после полудня заметил ее. Молодая, хорошо одетая дама поднялась на Истаук вслед за большой группой туристов из соседнего города, однако в ней сразу был заметен столичный лоск. Она с безразличием оглядела висящие на стене фотографии, дождалась, пока вся группа вышла на смотровую площадку, и подошла к самой решетке, отгораживающей безопасную зону. Сол поднялся со своего места, чтобы лучше видеть ее, и в очередной раз убедился, что интуиция его не подводит. Как только туристы начали покидать площадку и в узком проходе возникло небольшое столпотворение, он выглянул наружу и увидел, что «столичная штучка», как назвал он про себя молодую женщину, не собирается уходить. Она присела на корточки у прутьев решетки, будто собираясь сфотографировать прибрежные волны, но фотоаппарата у нее не было, и через секунду она резко выпрямилась, пытаясь перебраться через ограждение. В этот момент Сол, расталкивая туристов, кинулся к ней и успел-таки ухватить ее за талию и втащить обратно на площадку.
Туристическая толпа заволновалась, люди начали оборачиваться, но Сол резкими окриками заставил всех покинуть маяк. Он провел обмякшую на его руках женщину в небольшую каморку смотрителя и усадил на стул. Она смотрела прямо перед собой, но, казалось, ничего не видела. Сол, вздохнув, взял рацию.
— Эй, док… — начал вызывать он, нажав на кнопку.
Тут женщина пошевелилась.
— Не нужно врача, — тихо, но твердо сказала она.
Сол посмотрел на нее и отложил рацию.
— Только не говорите, что вы случайно полезли через перила, — сурово сказал он.
— Нет, — спокойно ответила она, — я хотела покончить с этой жизнью.
— Тогда нужен доктор. — Сол снова взялся за рацию.
— Он мне не поможет.
— Вы смертельно больны? — резко спросил Сол.
— Нет. Я просто не хочу больше жить, — ответила женщина.
— Теперь придется, — более теплым тоном сказал Сол. — Нет ничего такого, чего нельзя было бы пережить или поправить, поверьте мне.
Женщина помотала головой.
— Вы спасли мне жизнь.
— Ну-ну, только не надо… — Сол хотел сказать «благодарить меня», но женщина остановила его.
— Вы спасли мою жизнь, вот и забирайте ее себе, мне она не нужна.
Сол опять потянулся к рации, дама явно была сумасшедшей.
— Нет! — снова остановила она его. — Я не сумасшедшая, и в жизни у меня ничего особенного не произошло, но она мне не нужна, вот и все. Берите ее. Берите, или я покончу с собой где-нибудь еще. И вы будете виноваты!
Сол посмотрел на собеседницу, он многих повидал на этом месте, дрожащих юнцов, которые только и мечтали, чтобы их остановили, отчаявшихся должников, которые думали, что так спасут свои семьи, смертельно больных и просто сумасшедших. Она не была похожа ни на кого, и Сол поверил женщине.
— Хорошо, — сказал он после паузы. — Твоя жизнь теперь моя. Но учти, я беру ее не насовсем, но и просто так не отдам. Ты трижды попросишь меня ее вернуть, и лишь на третий раз получишь назад. Идет?
Женщина кивнула.
— Меня зовут Бэт. И я ни разу не попрошу у тебя мою жизнь! — твердо сказала она.
Так Бэт поселилась в домике Сола возле Истаука. Нельзя сказать, чтобы появление женщины сильно повлияло на быт заядлого холостяка, да и сама Бэт была молчалива и предпочитала общество старого Лабрадора чьему-либо в поселке. Она занималась любой сезонной работой, была официанткой в прибрежном ресторанчике при наплыве туристов, бралась за починку инвентаря в спортклубах, когда заканчивался сезон, обрабатывала рыбу. За те месяцы, что она прожила в Истаук-лодж, о ней узнали немногое. Она действительно жила в мегаполисе, была довольно богата, была замужем, но разошлась с супругом. Из родственников у нее оставался лишь старик отец, которому она иногда звонила из местного почтового отделения. Так шли месяцы, лето сменилось осенью, и наступала зима, когда однажды вечером Бэт едва дождалась возвращения Сола с маяка и, не дав ему даже переодеться, потребовала:
— Верни мою жизнь, пожалуйста, верни ее!
Сол усмехнулся:
— Могу я узнать, зачем она тебе понадобилась?
— Умер мой отец, я теперь очень-очень богата, я не хочу больше жить здесь! У меня есть огромные деньги, я хочу вернуться в столицу.
Сол не спеша снял толстый непромокаемый плащ, потрепал за ухом подошедшего Лабрадора и посмотрел на Бэт:
— Ты попросила ее в первый раз. Помнишь наш уговор? Я не верну ее тебе ради денег. Деньги заставят тебя искать удовольствий, все новых и новых ощущений, ты будешь метаться по свету, менять любовников, машины, дома, страны. В конце концов ты поймешь, что уже имеешь все, что можно купить за деньги. И вот в этот момент твоя жизнь снова станет тебе не нужна, а меня рядом может не оказаться. Сейчас ты съездишь на похороны отца и вернешься, потому что твоя жизнь принадлежит мне, — сказал Сол совершенно спокойно и ушел в комнату.
