Саманта, как бы ради эксперимента, вытянула руки и провела по его плечам. Комната была освещена лишь одной тусклой лампой, и кожа Майка цвета меда, казалось, светилась. Так как он отвернулся, она могла трогать и разглядывать это прекрасное, мощное, мускулистое, голое тело.
Перед ней, казалось, был эталон мужчины.
Пока она гладила его спину, Майк, казалось, заснул — так тихо он лежал. Она начала целовать его тело, от шеи до пяток, потом легла сверху, прижимаясь к нему грудью и стараясь повторить своим телом изгибы его тела.
Настал такой момент, когда она позабыла, что под ней человек, она не думала, приятно ли ему то, что она делает, полностью растворившись в собственном удовольствии. Вспомнив, как она однажды видела в зеркале небольшие островки нежной кожи, не покрытые волосами, там, где ноги переходят в ягодицы, ей немедленно захотелось поцеловать их. Раньше ей это и в голову бы не пришло. Теперь же она испытывала острое наслаждение, впиваясь в них губами, проводя по ним кончиком языка. Все это время Майк лежал, не сделав ни единого движения.
Вскоре она лежала рядом с ним, ее тело пульсировало, и она судорожно вздыхала. Она хотела его, хотела чувствовать его в себе и боялась сказать ему это. Однажды, вскоре после свадьбы, она сделала глупость, попросив своего бывшего мужа: «Давай еще раз!» Он тут же вскипел, обвиняя ее в том, что она считает его плохим любовником. «Ты что, никогда не слышала, что мужчина сразу не может! Так уж, милая, они устроены».
И теперь она чувствовала робость. Она не хотела оскорбить Майка или разозлить его.
— Майк. — Саманта пыталась говорить как можно мягче, хотя ей было трудно управлять своим голосом. — Я подумала, может, мы могли бы… ну, если так можно сказать, повторить, что ли! Если это для тебя возможно, конечно…
Майк молниеносно вскочил, выйдя из кажущегося небытия, и налетел на нее с неистовством двенадцатибалльного шторма. Его руки вцепились в ее бедра, как железные клещи. Он набросился на нее с такой страстью, что Саманта ощутила себя на седьмом небе.
Майк тут же остановился, склонившись над ней с таким выражением лица, будто боялся, что убил ее.
— Сэм, дорогая, с тобой все нормально? Я тебе больно не сделал?
Саманта в удивлении поморгала.
— Боже, Майк, ну продолжай же!..
— Ух ты, чертенок! — Он раскинулся на кровати и потянул ее на себя.
Саманта ознакомилась с разными сексуальными позами по многочисленным брошюрам, которые ей подкидывал муж, но все познания эти были чисто теоретическими. Теперь, сидя на Майке, она глядела на него вопросительно: а что же мне делать дальше?
Положив руки за голову, Майк ответил ей взглядом: «Попробуй сама догадаться!»
Доверившись своему природному женскому чувству, Саманте не составило особого труда угадать его желание.
Она лежала рядом с Майком, вспотевшая, обессиленная, каждая мышца ее тела дрожала от слабости. Она мечтательно улыбнулась и произнесла: «Что это было?!»
В голосе Майка промелькнул оттенок самодовольства:
— Сэм, дорогая, ты только что испытала то, что обычно называется оргазмом. Ну и как тебе?
Саманта хихикнула:
— Майк, если бы я только догадывалась, что ты сможешь на меня произвести «такое впечатление», то в первый же день нашего знакомства схватила бы тебя силком, затащила в дом и разорвала на части на полу в прихожей.
— Тогда мы были бы квиты. В моих мыслях тебе была уготована такая же судьба.
— Да уж. Но как бы ты отнесся ко мне наутро?
— Говоря о чувствах и отношении друг к другу, сейчас у нас появились две возможности. Первая: мы можем, уютно прижавшись друг к другу, отключиться до утра. Вторая: можно наполнить ванну горячей водой, набрызгать туда чего-нибудь пахучего на твой выбор, потом долго вытирать друг друга, вернуться в кровать и предаться оральной любви.
С трудом приоткрыв веки, Саманта зевнула:
— Я так устала, Майк. Может, лучше выспаться?..
У него вытянулось лицо. Казалось, он был обижен, как ребенок, которому только что сказали, что ему не разрешили пойти сегодня в цирк.
Она снова зевнула и потянулась:
— С другой стороны, ванна бы не помешала.
Прежде чем она успела вымолвить еще слово, он уже нес ее в ванную.
После ванной Майк наконец спросил Саманту, почему все-таки она так долго не решалась переспать с ним. Майк старался, чтобы его вопрос прозвучал как можно равнодушнее, но ее это не обмануло.
— Ричард заявил, что я никуда не гожусь в смысле секса.
— И ты в это поверила? — тон у Майка был такой, будто он разговаривает с самым глупым человеком на свете.
— Откуда, черт возьми, я могла знать, что он мне врет?! — почти прокричала Саманта. — У него было много женщин, а у меня только он один. Что, по-твоему, я должна была сходить в бар или еще в какое-то злачное место, подцепить мужика, переспать с ним и узнать, действительно ли я так плоха в сексе или нет? Вот что я тебе скажу, мистер Самоуверенность: если тебе внушили, что тебя не хотят мужчины, вскоре они действительно перестают тебя хотеть!
После небывалого наслаждения, которое Майк преподал Саманте, он спросил:
— Хочешь поговорить о твоем бывшем муже?
— Нет!
— Ой ли…
