— Вполне, кажется ты уже делала что-то подобное, когда я спал, поэтому не стесняйся. Если будет страшно, можешь лечь на меня и обхватить рука за шею, ну или попросить, чтобы я остановился.
— Хорошо, я все поняла.
И лев бросаясь вперед начинает свой бег. Его тело становится горячим, мышцы каменеют, от каждого следующего толчка мягких лап я чувствую прекрасную мощь, а еще нарастающую скорость.
Лев делает толчок задними лапами и буквально летит, вытягивая мускулистое тело. Приземляется на передние и к этому моменту снова срабатывают задние лапы, совершая очередной мощный толчок. За нами по воздуху следует сова не отставая.
Сейчас я не просто наездник, хозяин или друг, я чувствую невероятную силу единения со львом, чувствую какую-то странную общность. Он больше чем зверь и не меньше, чем человек. Что-то совершенно прекрасное к чему я могу вот так прикасаться и наслаждаться им. Мне так хорошо, я счастлива быть с ним! Всегда…
Ветер свистит в ушах, из глаз текут слезы, но я не попрошу его остановится. Мы бежим у самой кромки воды и вместе с ветром в моих ушах звучит чей-то странный голос, он пенится и шуршит, он похож на волны.
— Ты снова будешь моей, моей и никак иначе… — шепчет океан, но ведь этого не может быть, смотрю на воду и не понимаю откуда этот звук в голове.
— Что же ты молчишь Лили? Почему не идешь ко мне? — Лили..? Я? Но почему? Неужели это опять мой бред или наваждение.
— С этим зверем тебе не по пути, не в этой не в другой любой жизни. Не веришь, поэтому медлишь? — чувствую, что этот голос идущий со стороны океана совершенно точно обращается ко мне, но лев его не слышит. Становится не по себе, но я не знаю, что делать.
— Он не выберет тебя, никогда, — звучит злобное предупреждение, — Мои воды скрывают то, что сможет забрать его у тебя, но пока я сдерживаю ради тебя это появление, но все может измениться. Либо ты придешь ко мне добровольно, либо он сам уйдет от тебя, как только я открою путь, — шепот заканчивается, а лев, кажется запыхавшись сбавляет темп и переходит на шаг.
Что сейчас это было? Кто говорил со мной и о чем? Вокруг никого не на воде, не на суше.
— Ты устал? Давай я пойду рядом, — предлагаю и лев остановившись присаживается.
— Лианела, тебе понравилось? — спрашивает довольный большой кот.
— Да! Аж дух захватывает, спасибо большое за это удовольствие! — сова тоже кажется налеталась и приземлилась мне на плечо. — Ты тоже молодец, — пальчиком глажу ее по головке.
— Это хорошо, я рад, — говорит лев, и мы продолжаем идти вперёд, видя горизонт, но зная, что это не граница. Уверена, что сейчас для нас троих вообще нет границ.
— Расскажи мне о себе, пожалуйста, до сих пор так неприятно думать о том, что ты сказал, что тебя было не обязательно спасать. Почему? Это звучало слишком печально и обреченно…
— Лианела, я очень плохой и заставлял страдать близких мне людей. — лев опускает голову, но я уверена в обратном!
— Нет, что-то здесь не так, уверена были какие-то причины или обстоятельства, — говорю и хочу хоть как-то подбодрить его и услышать наконец-то это печальную историю печального зверя.
— Ты правда в меня так веришь? — у него восстановилось дыхание и в нем проскальзывают холодные, колющие нотки, какой бы это не был разговор я к нему готова, — Хорошо, я расскажу тебе свою историю, но будь готова к тому, что ты будешь презирать меня, ненависть ко мне вытеснит все твое хорошее отношение.
— Обещаю, что этого не случится!
— Хорошо, тогда слушай. Когда-то давно я встретил девушку, которую полюбим всем сердцем с первого взгляда. Так сильно, что она занимала все мои мысли, я буквально грезил о встрече с ней и когда не видел так сильно тосковал даже короткое мгновение. Она была потрясающая, нереальная, добрая, как Солнце, что стремиться обогреть всех своей любовью и чистая, как горная роса, но я стал для нее подслащённым ядом. — говорит лев с такой болью в голосе, что вырывает мне сердце, теперь я не вижу рядом зверя, а раненого человека, мучающегося от невыносимой боли.
— Ах… — вздох боли из моей груди.
— До встречи с ней, моей единственной, я уже встретил женщину, с которой меня соединила война и страсть. — лев снова морщится и медлит, сомневаясь продолжать рассказ. Пауза тянется, но я знаю, что он обязательно должен рассказать мне все, — Тогда сражаясь я думал, что обречен на смерть и даже не смел надеяться на такую любовь, поэтому принял ту другую женщину, как лекарство, предназначенное смертнику. Но, мы выжили и вернулись вместе в мой город. Я обещал ей, что мы будем вместе, а еще она оказалась в положение, поэтому я, как настоящий мужчина не смел забрать свое слово и даже не думал отказываться от нее.
— А что же ты к ней чувствовал? К той которую забрал с собой?