Юра про себя тут же отметил, что кофе здесь нормальный и его много. Хоть одно хорошо, потому что по дороге он снова не увидел ни одной кофейни, куда можно было бы бегать с утра за этой наркотой, без которой просто невозможно проснуться.
— Шестой этаж — женский, — подведя всех к лифту, сказал администратор, поправляя очки. — Мужчинам туда нельзя.
— Ха! — самодовольно усмехнулась Мила. — У меня своя территория.
— У тебя в каждом городе была своя территория, — фыркнул Гоша.
— У вас, господа, номера на восьмом этаже. Ключом можно открывать не только номер, — раздав всем ключи с металлическими пластинами на колечках с номерами комнат, прокомментировал их провожатый, — но и дверь на веранду.
Юра посмотрел на свой ключ. Номер 809. Цифры красиво серебрились на металлическом фоне. Судя по тому, что ключи раздали каждому, здесь у них индивидуальные номера. Ну и хорошо, подумал Юра. Хоть Отабек нормально отдохнет. Они будут просто весело проводить время, а ночью, когда так тянет сказать то, что думаешь, или сделать то, что хочется, будут за закрытыми дверьми. Так даже лучше.
На этаже было пусто и тихо. Отабек остановился у двери с номером 808. Юра медленно прошел мимо него.
— Соседи? — спросил он, когда Юра доплелся до своего номера.
— Похоже на то, — Юра улыбнулся и заставил себя посмотреть на него.
Все будет хорошо. Так ведь? Теперь уж точно. Юра больше не даст всему пойти прахом, сколько можно?
Номер был небольшой и светлый. Внутри находились лишь кровать, столик с телевизором, стул и небольшой шкафчик. Большего было и не нужно. Туалет с душевыми был прямо напротив комнат, людей на этаже было мало — вроде, кроме них на восьмом никто и не жил, — так что отдых и правда должен был получиться отменным. Всего на свете стоил вид из окна, за которым Токио тонул в приглушенных из-за облаков мягких солнечных лучах. Туда-сюда сновали казавшиеся мелкими с такой высоты машинки, мелькали белыми полосами на дорогах четко отрисованные пешеходные переходы, росли от земли и до сизо-серого неба высотки.
Юра кинул рюкзак к стене и улегся на кровать. Уставшая от беготни и поездки спина тут же благодарно хрустнула позвонками и утихомирилась. Подушка, в которую Юра по привычке хотел вжаться затылком, оказалась не так проста — маленькая, напичканная чем-то жестким, как камешки для дренажа растений. Дедушка такие покупал мешками, когда пересаживал цветы, оставшиеся от бабушки. Юра ему всегда помогал, хотя и не любил возиться в земле. Юра потыкал в подушку пальцем, повертел на ней головой, укладываясь. Ничего, раз японцы так решили, значит, это полезно. Подумать только, подушка с камнями.
Телефон в заднем кармане джинсов завибрировал, и Юра приподнял бедра, чтобы вытащить его.
Сообщение в Вайбере. От Отабека.
“Уже оценил подушки? Там внутри мелко нарезанная пластиковая трубка. Я в восторге”.
Юра грустно улыбнулся, прикрыл глаза и приложил верхний край телефона к губам.
Вот так и бывает у друзей. Все хорошо. Все правильно.
А он постарается, чтобы так и было дальше. И чтобы Отабек был счастлив. Что может быть лучше этого?
========== 4.2. Минами-Сэндзю ==========
— О-ру-га, — медленно произнес Крис, во все глаза пялясь на бэйджик на груди светловолосой девушки за кассой Seven-Eleven. — Какое интересное имя. Это же имя? — добавил он тихо, пихнув копавшегося в корзинке с продуктами Юри в бок.
Виктор, стоявший вместе с Юрой и Пхичитом у стойки сбоку от кассы, где были разложены всевозможные бэнто — готовые обеды, — захихикал и подергал Юру за запястье.
— Смотри-смотри, очередное представление Джакометти, — сказал он.
Юри поднял голову, отвлекаясь от изучения того, что они успели смести с полок комбини, глянул сначала на Криса, потом на девушку, у которой губы подрагивали от явно сдерживаемого смеха.
— Имя-имя, — покашляв, буркнул он. — Ты выучил катакану? [1]
— Учу, — гордо ответил Крис и, обращаясь к девушке, добавил: — У вас очень необычное имя.
На английском. Это уже радовало. Юра с Витей подошли ближе, оставив Пхичита выбирать между сэндвичами с ветчиной и с зажаренной котлетой в панировке.
— Спасибо, — закивала девушка и перевела взгляд на Никифорова, не переставая улыбаться.
Витя облокотился на стойку кассы и, чуть перегнувшись через нее, посмотрел на пышные булочки, очень напоминавшие хинкали, выложенные в прозрачных высоких контейнерах со слегка запотевшими от поддерживаемой в них температуры стеклами.
— Оленька, а насыпьте нам, пожалуйста, никуманов побольше, — попросил он на русском.
— Минуточку, — барышня выхватила из-под прилавка шелестящий пакет и утопала в сторону булочек.
Крис медленно повернулся к Вите, хлопая глазами.
— Русская, что ли?
— Рашн-рашн, — посмеиваясь, отозвалась Ольга, осторожно, чтобы не помять пышные бока, складывая булочки в пакет щипцами.
— А-а-а, — хлопнул себя по лбу Крис. — Ольга!
— Прекрасное русское имя, все ты правильно сказал, — миролюбиво произнес Юри, взваливая тяжелую корзину на полочку у кассы. — Куда мы столько набрали?
