- Не начинай, - Искра зло запыхтела. – И вообще, когда там полетим? Что-то меня химия отпускает, кажется. Больно.
- Полчаса еще, - ответила Лориэль, проверив температуру стабилизаторов.
- Ну, полчаса подождем.
- Полезли в кабину, а то я не знаю, как тебя спускать с одной рукой.
- Кстати, да… - Искра нервно хихикнула, совсем как девчонка.
Вернуть Искру в кабине и в самом деле оказалось непростой задачей. Выбраться-то просто, тут встать, тут подтянуться, тут опереться, а обратно спуститься на тонкую подножку в стене кабины с одной здоровой рукой вышло не сразу. Искра еще и крупнее Лориэль, удержать ее сложно. Кое-как справились. Оказавшись внизу, Искра отошла в сторонку. На кресло упали по очереди оба спальника. Следом показалась пыхтящая Лориэль. Закрыть остатки разбитой кабины вышло не сразу, фиксатор не хотел закрываться и упрямился. Его угомонили парой ударов, но, похоже, бронестекло теперь вообще не открыть.
Хотя стабилизаторы не совсем остыли, по расчетам до базы хватит, даже если придется пару кругов дать вокруг. Связались с контролем и взлетели неспешно. С горочки «ласточка» набрала высоту охотнее. Летели молча. Искра все думала, не наболтала ли она чего лишнего, столько разного сказано и порой в гневе. Про свою жизнь она вообще мало что рассказывала, но тут ее понесло куда-то. Лориэль же больше думала, есть ли ей чего стыдиться. Обсуждают свою матушку она не любила. Было стыдно за ту дурость в академии. Поверила на слово пьяным дурочкам, а те просто хвостиком махнули и за стеночку из своих бабушек спрятались.
За час до подлета связались с базой. Ответила Натанга. Ей вкратце пересказали все беды с машиной, она все поняла и к посадке подтащила тягач. Видимо, ее возню заметили и остальные. Тут и тетушка, и Белка, вообще все собрались.
Когда «ласточка» опустилась, Белка забежала с правого борта и сразу взвизгнула. Все техники повалили направо и давай осматривать повреждения, а уж когда появилась чуть живая Искра, засуетились еще больше. Навигатора усадили в шесть рук на машину и повезли в медчасть. Тетушка зашла в грузовой модуль, осмотрелась и только вздохнула.
Тягачом затащили машину в ангар. Лориэль разворачивала «ласточку» на посадку уже под звуки тревоги – один стабилизатор отказал, два других кое-как выжили на границе перегрева. Надоедающий аварийный зуммер орал через разбитые бронестекла на весь ангар. Белка с огнетушителем сразу запрыгнула на крыло. Огнетушитель большой, в половину мелкого техника-эксперта, а все-таки запрыгнула. Применять, правда, не пришлось. Проверили – температура пошла вниз, все в порядке.
Лориэль забрала с модулей блоки данных, вышла из «ласточки» и от бессилия просто села чуть в стороне на ящики. И устала, и что делать – тоже не знала. Она смотрела на искореженный корпус машины и понимала – лететь теперь не скоро.
К ней подошла тетушка, налила немного горячего травяного чая и протянула:
- Хлебни, отпустит.
Чай немного согрел, упав в пустой желудок.
- Всех довезли? – участливо спросила тетушка.
Лориэль кивнула.
- Ты ступай, поешь и отдыхай. Тут работы много, успеешь еще, - сказала тетушка.
Прихватив сумку с блоками данных, Лориэль заглянула в медблок. Искра, раздетая по пояс, лежала в кресле, а врач осматривала жуткого вида припухшую руку. Судя по спокойным движениям, особой беды врач не видела.
В столовой Айка разогрела припасенный ужин, правда, пирог весь слопали, на что повариха сильно сокрушалась. В оперативном отделе опять никого, что удивительно. Пришлось блоки унести к себе. Хорошо теплый душ немного взбодрил, но забравшись в спальник, Лориэль долго не могла уснуть. Ее трясло. Уснула как-то незаметно, вроде только моргнула, а уже орет будильник.
И опять никаких вестей от оперативного отдела – все закрыто. Тащиться пришлось к соседям, сдавать блоки и отчет там же. Местные оперативницы шустрые, оформили все быстро.
На следующий день с утра поработать не дали. Притащились две какие-то мерзкого вида оперши с «единички» и начали допрашивать. Обычные вопросы сменялись какой-то чушью, вроде сколько топлива было в баках, на сколько были нагружены накопители, кто производил расчет маршрута, не отклонялись ли куда-то в полете. Особенно удивил вопрос:
- Кто из посторонних был на тот момент в грузовом модуле?
Лориэль даже опешила. Во всех отчетах указаны раненые.
- Тридцать один раненый боец, - не сразу ответила она.
- Звания и имена? – потребовала оперша с дурацкими черными точками на лбу.
Лориэль смотрела на эти точки и на миг подумала не дыры ли это.
- Чего? – только и смогла спросить она.
- То есть, назвать имена и звания вы затрудняетесь? – уточнила оперша.
- У десанта попробуйте запросить.
- Обязательно запросим, - оперша с важным видом чего-то занесла в свой планшет.
Следующий вопрос был еще интереснее:
- Вы получили от службы контроля разрешение на аварийную посадку?
- По уставу при перевозке раненых дается особое право на вынужденную посадку.
- То есть, вы не запрашивали?
- Мои слова полностью внесите в протокол, - потребовала Лориэль.