Но боли от падения не было, напротив, убирая руки от лица, парень увидел когтистые перчатки, которые сжимают меч и кривой «т”-образный кинжал. А перед ним было два рыцаря. Один из них был высоким и плечистым, он сжимал большой двуручный меч, которым очень ловко орудовал. Второй же был полной противоположностью — худым и средним ростом. И одет он был не в тяжелые латы, а в простенький, можно даже сказать, ” бомжеватенький» кожаный костюм, под которым была видна кольчужная куртка, единственное, что было из нормального доспеха у этого рыцаря — это латные когтистые перчатки и остроконечный шлем-шляпу. И у него был такой же меч и кинжал, как и у Ивана.
Бомже-рыцарь был очень проворным, он перекатывался на малые и дальние дистанции от громилы, делал ловкие и быстрые удары, которые сбивали его оппонента с толку и с равновесия. Но это явно ему не помогло, ибо громила резко схватил бомжа-рыцаря за горло и со всей силы всадил ему в грудь свой тяжёлый меч.
Откинув в сторону тело рыцаря, здоровяк грозно посмотрел на Ивана, даже сквозь шлем Иван видел в его глазах ненависть. Громила пошёл на юношу, а тот начал пятиться, стараясь держать дистанцию. Но вскоре стало ясно, что драки не избежать. Но даже тогда парень старался держаться подальше, дабы вымотать здоровяка. Первый удар прошёл далеко от парня, а вот второй чуть не зацепил его, но после второго удара Иван смог один раз ударить громилу. Парень всё ещё не понимал, что ему делать с этим ножом, пока не увидел других рыцарей, которые также сражались поодаль. Они успешно комбинировать атаки мечом и ножом. Парень попытался повторить их приёмы, но лишь зря сблизился с громилой. Тяжёлый удар кулаком в шлем чуть не сбил Ивана с ног, но он устоял.
Ивану так и не удавалось достать своего оппонента, инстинкт самосохранения не давал ему подойти к нему. Как вдруг, рыцарь, который бился недалеко от Ивана, убил своего оппонента и решил прийти на помощь парню. Он откинул руку с мечом в сторону, а его ноги резко начали двигаться в сторону здоровяка, он как будто плыл по земле. Рыцарь целился громиле в колени, и ему удалось. Здоровяк потерял равновесие. Иван, которому выпал шанс проявить себя, резко воспользовался кинжалом и выбил оружие из рук громилы, а последующим ударом клинка, ударяя снизу-вверх, парень запрокинул здоровяка назад. Совершающий удар ноги в живот сбил врага с ног. Рыцарь, разогнавшись, наступил на чей-то труп и, как от возвышения, прыгнул в сторону громилы. Когда звук от пробитого железа на груди громилы, только начал доходить до ушей Ивана, того резко снова окутала яркая вспышка.
Вскрикнув, парень проснулся. Сидящая рядом с ним Лилли, чуть не поседела от испуга, а Роберт, который пил дорогой коньяк из небольшой фляги, резко дернул рукой, из-за чего всё вокруг умылось коньяком.
— Иван, я чуть не умер! — воскликнул Роберт.
Парень ещё некоторое время мотал головой, разглядывая окружение и, удостоверившись, что не слышить криков, не чует запах огня и дыма, а также не видел рыцарей в остроконечных шлемах, шумно выдохнул и провёл рукой по лбу, но ощущения были не те — что-то неладное.
— Тише, тебе сделали операцию — тридцать один шов. И… Как бы это сказать… Их было настолько много, что вариант косметической операции врачи даже не рассматривали.
— Что? — прохрипел парень, которому ещё трудно было говорить. Он пошарил глазами вокруг и увидел небольшое зеркальце, схватив его, он принялся яростно осматривать своё лицо, но увидел лишь кучу бинтов на голове.
— Бинты недельку подносить придётся, а так, помимо этого, у тебя ещё сотрясение и восемь выбитых зубов. Где-то через месяц тебя выпишут, — сказал Роберт.
Иван с отчаянием смотрел в глаза Роберту, но вдруг его отвлекла Лилли.
— Знаешь… Я хотела с тобой очень серьёзно поговорить… О том, что случилось, когда ты напал на Хисао позади арены, о том, что ты убил его и прочем, но знаешь… Сейчас я просто хочу быть рядом с тобой, — сказала девушка.
— Он мёртв?! — испугался Иван.
— Да, но не бойся, тебя не обвинят. Там с три тысячи свидетелей того, что ты самозащищался, если бы ты это не сделал, он бы убил тебя, — сказал Роберт.
— А где его тело?
— В эту же больницу привезли, в морге, наверное…
— Мне нужно побыть одному… — шёпотом попросил Иван.
— Что? — переспросила Лилли.
— Мне нужно побыть одному! — сказал Иван и вырвал свою руку из рук Лилли.
— Ну… Ладно, хорошо, если ты так хочешь… — растерялась девушка, но оставила его в покое. Все остальные последовали её примеру.
Иван сидел в гробовой тишине, день шёл к концу, сдавая свои позиции госпоже ночи. Начали включать лампы дневного света, но Ивану не было дела до света. Он думал о случившемся сегодня днём. С одной стороны он защищался, но с другой он убил его. С одной стороны приставал к Лилли, а с другой… Может ли смерть быть наказанием за такое?
В подобном ключе юноша провёл очень много времени, аж до тех пор, пока не наступила ночь.
— Ур-р-р! — напомнил о себе желудок Ивана, выводя мозг из транса.
— Ладно… — выдохнул парень, — Куда тут мои личные вещи сложили?