— Вообще-то я всегда хожу в это время на тренировку, — задумчиво проговорила она.
— Прецизионно! — воскликнул Лукас. — Еще одно подтверждение моей гипотезы!
Перси серьезно задумался, потом взглянул на Лауру и сказал:
— Сдается мне, что твой брат не так уж далек от истины. Этот поразивший всех своею жестокостью удар предназначался скорее всего тебе, Лаура, а не твоей дорогой подруге Магде!
Лаура потеряла дар речи. Мысль эта была настолько ужасна, что казалась ей совершенно невероятной, почти абсурдной. У нее даже закружилась голова.
Нет, это неправда! Это не может быть правдой!
Но еще хуже было то, что вместо нее пострадала бедная Магда, которая не имела ко всему этому вообще никакого отношения!
Лаура шмыгнула носом. В глазах у нее стояли слезы, когда она обратилась к Перси со словами:
— Бедная, бедная Магда. И все из-за меня. Если бы я ее не попросила передать тебе, что…
— Не надо, Лаура! — остановил ее учитель. — Прошу тебя, не продолжай! Не позволяй печали омрачать свое доброе сердце, поскольку в том, что случилось, вовсе нет твоей вины!
Лаура отчаянно затрясла головой.
— Нет, есть! — не унималась она. — Надо было догадаться, что Темные силы способны на все! — Слезы хлынули у нее из глаз и потекли по щекам. — Во всем виновата только я, — всхлипывая, причитала она. — А пострадала бедная Магда. — С этими словами она развернулась и побежала прочь.
Лукас сочувственно посмотрел вслед сестре.
— Подожди, Лаура! — закричал он, готовый броситься за ней.
Но Перси успел схватить мальчика за рукав:
— Не надо, Лукас, оставь. Лаура должна самостоятельно справляться с ситуацией! Дадим ей на это немного времени, а сами направим наши стопы на вечернюю трапезу!
Доктор Шварц и Ребекка Таксус, плечо к плечу, стояли у темного окна учительской. Прячась за занавесками, они смотрели вниз, во двор интерната, по которому Перси Валиант, Лукас и Кая неторопливо шагали к парадной лестнице главного корпуса.
Глаза Квинтуса Шварца превратились в узкие щелки, не было видно даже черных зрачков. Щеки нервно подергивались, а желваки на скулах выдавали работу челюсти. Он был взбешен. Не на шутку взбешен. Вдруг он резко, с шумом вдохнул и, разевая рот, как рыба на суше, стал жадно глотать воздух. В ту же секунду его рука скользнула в карман, он поспешно вытащил оттуда спрей против астмы и быстро прыснул несколько раз в рот. Справившись с приступом удушья и приведя дыхание в порядок, он наградил Ребекку испепеляющим взглядом.
— Как, черт возьми, это произошло? — яростно проговорил он хриплым шепотом, и в глазах у него сверкнул красный огонь.
Ребекка отпрянула в сторону. Хотя она уже не раз была свидетельницей этих вспышек ярости в глазах Квинтуса Шварца и адский огонь загорался в них всего на какую-то долю секунды, у нее все равно каждый раз от этого шли мурашки по коже. Она ничего не могла с собой поделать. Вскоре, правда, оправившись от испуга, она зашипела на него, как змея, которой наступили на хвост:
— Что жже делать, ессли у этого идиота в голове камень вмессто моззгов. Объясснение можжет быть только одно — он перепутал!
Квинтус Шварц вначале ничего не ответил, продолжая сверлить Ребекку негодующим взглядом. Красный огонь в его глазах потух, и они беспокойно бегали, пока он что-то напряженно обдумывал. Но не прошло и минуты, как он произнес ледяным голосом:
— Советую постараться, чтобы в следующий раз все получилось. Еще одна такая ошибка, и тебе, Ребекка, придется лично объясняться с Повелителем Тьмы!
Не дожидаясь ответа, он развернулся на каблуках и молча пошел к выходу.
Ребекка, обиженно поджав губы, смотрела ему вслед. Внезапно косички у нее на голове пришли в движение. Они зашевелились, извиваясь, как будто в прическе у учительницы поселился целый выводок ядовитых змей. Послышалось злое шипение, но через минуту все снова стихло. Только огненно-рыжие волосы Ребекки поблескивали в полумраке да слышно было, как она шепчет себе под нос ругательства. Но потом и она замолчала, напряженно глядя сощуренными глазами в одну точку перед собой.
Казалось, Ребекку Таксус осенила какая-то идея. На лице ее появилась победоносная улыбка, и, прежде чем покинуть учительскую, она тихо прошипела:
— На этот разз тебе не уйти от ссвоей ссудьбы, Лаура Леандер! Я тебе обещщаю!
Лаура сидела на своей кровати, погрузившись в невеселые мысли. На щеках все еще виднелись следы слез. Как зверь, запертый в клетке, она непрерывно раскачивалась взад и вперед. Воспоминания о случившемся не давали ей покоя.
— Как это несправедливо, — тихо повторяла она про себя. — Как несправедливо!
Услышав тяжелый вздох за спиной, Лаура вздрогнула.
— Ты права, это действительно несправедливо, — послышался тихий голос Анны Леандер. — Но разве это повод, чтобы сдаваться, Лаура?
На лице Лауры появилось отчаянное выражение. «Ну почему мама не хочет меня понять? — расстроенно думала она. — Почему?»
