Затем мы нашли пустующий пирс. Алеся решила воздержаться, а я не раздумывая разделся, сложил аккуратненько свои вещи и полез в воду.
Словно краб спустился задом с пирса на скользкие огромные камни, затем постепенно погрузил в воду ноги. Я находился уже по пояс в воде и нащупывал по камням путь к морю, как вдруг сквозь рябь из глубины мне подмигнул морской ежик.
Хорошо, что у меня орлиное зрение, а то наши приключения с забинтованными ногами и поездками на такси по больницам продолжились бы, но теперь уже героем был бы я, и в книжке появилась бы глава с посещением еще одной больницы, на этот раз Сиракузской.
Книга называлась бы тогда: «Горе туристы. Справочник путеводитель по больницам».
Моя затея была конечно не удачной. Для купания на диких каменистых пляжах нужна специальная обувь. Иначе можно подорваться на мине. Я вылез назад, играть в сапера мне не хотелось и я решил довольствоваться небольшими купальными процедурами до пояса.
Чертов ежик, другого места не нашел себе, где посидеть.
И пока я шел и материл ежика, мы незаметно дошли до заброшенной детской площадки. Пост апокалиптическое зрелище, поломанные качели, ржавые турники и все это на фоне лазурного берега. Пейзаж грустный, но красивый, напоминает фантастические антиутопии, где природа восторжествовала в конце концов и забрала свое.
Фотографируя эти фантастические кадры из возможного будущего человечества, мы вдруг почувствовали, что давно не кушали и помчались искать ресторанчик, нам хотелось поесть пасты и супа.
Но в наши планы вмешалась злодейская сиеста. Кулинарный демон южных стран. Нужно было суетиться раньше. А теперь было поздно, мы бегали от двери к двери, но все рестораны закрывались прямо перед нашими голодными носами, мечтающими заглянуть в меню.
Настроение у нас испортилось и пришлось обращаться за помощью к итальянскому фастфуду. Мы нашли уличный казуальный ресторанчик Mokrito Fast Casual Food, уселись в тени зонтиков и сделали заказ. Я взял себе бутылочку итальянского пива и мексиканское буррито, а Алеся взяла греческий салат, но по цене вышло, как настоящий обед в ресторане.
Конечно мы мечтали посетить какой-нибудь милый и уютный ресторанчик в Сиракузах, но пришлось наслаждаться быстрой кухней и все из-за этой сиесты, которую думаю все русские туристы ненавидят. Нет у нас привычки под это время подстраиваться.
Дул сильный ветер, зонтик защищающий от солнца трепыхался, остатки буррито развалившиеся на большом листе бумаги, выражали намерение улететь на соседний столик, поэтому приходилось за ними присматривать.
Затем мы нашли мороженицу, чуть выше по этой улице. Взяли две неприлично огромных порции и скрасили испорченный сиестой обед.
А еще мы устроили там шоппинг, наевшись от пуза мороженого, нам было уже и море по колено, поэтому когда мы увидели магазин одежды с хорошими вещами и блестящими ценами, нас было уже не остановить. Настроение было полностью восстановлено.
И мы счастливые, размахивая сумками с покупками, отправились на вокзал.
В поезде мы наблюдали сцену расставания напоминающую кино, мальчик – подросток прощался со своими родителями. Очевидно парня отправляли учиться в соседний город. Был сентябрь, в Италии у детей начиналась учеба. Там были и слезы, и обнимания и стуки лбом в стекло поезда и бег по пирону. Нам с Алесей не хватало только поп-корна.
Мальчишка вел себя очень драматично, будто он в Америку на всегда уезжал, а не в соседний город находящийся в часе езды.
Когда поезд отъехал, артистичный сорванец оставшись без взрослых, показал себя с новой стороны. Он бегал курить на остановках, а недокуренную сигарету лихо помещал за ухо. Клал ноги на сиденье. Припирался с вагоновожатым и орангутаном висел на поручнях. Настоящий подрастающий альфа-самец нам попался в попутчики.
А позже выяснилось, что это и не парень вовсе, а девица. Вот это поворот. Алеся мне на это указала, я бы никогда не догадался. Она разглядела у подростка женскую грудь под футболкой. Как сказал бы Горбатый: «Женщину не проведешь, она сердцем видит».
Действительно, это была девочка подросток с короткой стрижкой, которая ведет себя и одевается как мальчик. Вела она себя чересчур мужественно, даже более мужественно, чем настоящие мужчины. Она была бóльшим мужиком, чем мужики – так она пыталась компенсировать, то, что она девушка. Квазимужик. Получился утрированный, преувеличенный мужичок, нелепо перенявший и скопировавший все дурные мужские привычки и повадки. Недостатки эти у нее были собраны воедино и доведены до гротеска.
Словом, с нами ехал бросающийся в глаза, своим поведением, эксцентричный подросток.
Далеко пойдет!
Чем больше молодого человека колбасит в юности, тем более сложной и интересной личностью он может стать, когда сформируется. Если его совсем не уколбасит напрочь, конечно.
