Вы уже побывали в Мире реки?Тогда добро пожаловать в Многоярусный мир!В мир калейдоскопических «параллельных вселенных». В мир вселенных-игрушек, в которые играют странные Творцы, зовущие себя Властителями.В мир, где мотивы классической фэнтези и классической фантастики переплелись в причудливые, увлекательные сюжеты книг, от которых по-прежнему невозможно оторваться.
Посвящается Роджеру Желязны — ткачу золотых историй
С благодарностью Д.Т.Эдсону,
автору саг о Дасти Фоге, за то,
что он благосклонно позволил мне
объединить техасских Фогов
с британскими Фоггами.
Кикаха был проворен, как Протей.
Лишь немногие могли бы сравниться с ним в столь быстрой адаптации к переменам. Но ландшафты Земли и других планет «карманных» вселенных отличались относительной стабильностью. Их горы, холмы и равнины, моря, озера и реки почти не меняли своих форм и расположения. Впрочем, и там случались небольшие частичные преобразования, вызванные наводнениями, землетрясениями, сходами лавин и приливными волнами. Однако по временным меркам отдельных людей, да и целых народов, эти изменения происходили медленно и незаметно.
Гора могла передвигаться и оседать, но сотни тысяч поколений, живших у ее подножия, не знали об этом. И только для Бога или геолога ее движения казались такими же стремительными, как бросок мыши к норе.
Однако здесь все было по-другому.
Здесь нервничал даже невозмутимый и уверенный в себе Кикаха, который реагировал на перемены быстрее, чем зеркало отражало образ. Тем не менее он не собирался показывать это кому-либо еще и по-прежнему сохранял безрассудно хладнокровный вид. Иначе остальные просто сошли бы с ума.
«Ночью» они отошли ко сну. Кикаха нес вахту первым. Уртона, Орк, Анана и Маккей растянулись на жесткой ржаво-красной траве и вскоре заснули. Лагерь располагался в небольшой долине, которую окружали низкие холмы. Здесь, в низине, росла только трава, но на вершинах холмов виднелись контуры деревьев. Каждое из них достигало в высоту не менее десяти футов, и хотя дул слабый ветерок, они раскачивались взад и вперед, словно под мощным ураганом.
Начиная дежурство, Кикаха видел на холмах лишь несколько деревьев, однако со временем их становилось все больше и больше. Они окружали пришельцев с Земли, пока не образовали плотное кольцо. И Кикаха догадывался, сколько их собралось по другую сторону холмов. Он знал, что деревья ожидали «рассвета». А потом, если люди не пойдут к ним сами, деревья начнут спускаться в долину.
Небо казалось темно-красным однообразным полотном, на котором чернели пятна паривших облаков. Огромная красноватая масса, по виду раз в шесть превышавшая размеры земной луны, исчезла с неба пару дней назад. Она должна была вернуться, хотя он и не знал, когда это произойдет.
Кикаха сел и помассировал ноги. Они еще немного болели после той неприятности, которая случилась двенадцать «дней» назад. Боль в груди почти исчезла. Он выздоравливал, но пока не чувствовал себя настолько подвижным и сильным, как ему бы того хотелось.
Впрочем, Кикахе во многом помогала гравитация, которая была здесь значительно слабее, чем на Земле.
Он прилег на жесткую траву. Теперь его не страшили ни люди, ни звери.
Любому врагу пришлось бы сначала пробраться через лес из деревьев-убийц. Только слоны и гигантские мусоиды[1] обладали достаточной массой и размерами, чтобы сделать это. Они поедали деревья, и Кикаха не возражал бы, если бы их стадо прошло сейчас где-нибудь рядом. На таком расстоянии он не мог определить, к какому виду относились эти растения. Однако в лавалитовом мире встречались столь грозные и опасные деревья, что от них убегали даже большие звери.
И все же странно, что чертовы растения обнаружили их маленький отряд. Обоняние деревьев было великолепным, но Кикаха сомневался, что слабый ветер мог перенести запах людей через холмы. Визуальная способность растений ограничивалась сотней ярдов. Их многофасеточные глаза, расположенные кольцами на макушках стволов, довольно четко различали подвижные объекты. Тем не менее на таком расстоянии и в «ночной» период суток они просто не могли ничего увидеть.
Возможно, один или несколько их разведчиков взобрались на холм и поймали пару молекул человеческого запаха. Впрочем, удивляться тут нечему. От путешественников действительно сильно пахло. То малое количество воды, которое удавалось находить, они использовали только для питья. И если завтра отряд не встретит какой-нибудь водоем, людям придется пить свою мочу. Говорят, что ее можно использовать дважды, прежде чем она станет ядовитой.
И еще им требовалась пища. Выбора не оставалось — либо Кикаха подстрелит какое-то животное, либо они, ослабев от голода, свалятся с ног.