Лавандовая ветвь полностью

– Что‐то ты не в настроении. Проблемы с делом? – произнес он со змеиной улыбкой, оценивая мой вид серыми пустыми глазами.

– Все в порядке, просто не выспался. Зачем вы меня вызвали?

Я рассчитывал, что у нас будет собрание или по крайней мере вызовут еще хоть кого‐то из моей группы.

– Есть одно дельце. Доверить могу только тебе.

– Я весь внимание, – кивнул я.

– Нужно кое‐кого соблазнить.

По спине пробежал холодок. Соблазнить в понятии Эльберга – затащить в постель, а я теперь был совершенно не готов к этому шагу. От одной мысли об измене Селине на лбу и ладонях выступил пот.

– Эльберг, при всем уважении я не могу так поступить с…

– С кем? И почему? В графе «Семейное положение» твоего дела написано «Не женат».

Кажется, ситуация забавляла Эльберга, улыбка становилась все шире, а взгляд все хитрее.

– С женщиной, которую следует соблазнить. Может, есть другие кандидатуры, кроме меня?

Улыбка мгновенно пропала. Эльберг сделался серьезным и жестоким.

– Кажется, ты не на торгах, и уж тем более не вздумай со мной спорить. Однако… – Он снова ехидно улыбнулся. – Думаю, с этой особой ты отлично справишься.

– В смысле?

Стало так душно, что я начал теребить воротничок рубашки.

– Может, просто выслушаешь задание? Итак, я хочу, чтобы ты соблазнил мисс Селину Гарсия. Она владеет кофейней в доках. «Лавандовая ветвь», может, слышал?

Я прирос к креслу, не смея пошевелиться.

– Судя по твоим выпученным глазам, очень даже слышал. Тебе нужно выкрасть ее бумаги на владение кофейней и провести одностороннюю сделку. То есть составить документы с обеих сторон, подделать подписи и все такое.

Я молчал. Меня словно оглушили ударом в солнечное сплетение. Как дышать?! Я напрочь забыл!

– Эванс! – Эльберг чуть пригнулся, рассматривая меня и щелкая пальцами перед лицом. – Ах да, сроки! Даю сутки. Уже завтра кафе должно быть нашим, отличное место для склада.

– Но… почему? – выдавил я никчемный, бессильный вопрос.

– Эванс, ты один из самых умных парней на моем веку, неужто действительно не догадываешься? Кстати, сразу после миссии я отправляю тебя в Кардифф и Лидс до истечения контракта. А там посмотрим на твое поведение.

Кардифф. Лидс. В Лондоне Дейзи, в Бирмингеме Селина. Он отправляет меня как можно дальше?!

– Нет, Эльберг. Я не могу, – решился я, выпрямившись.

– Что?

– Я отказываюсь от этого дела. Можешь уволить меня, расчленить, но нет.

Эльберг рассмеялся, да так страшно, что я снова почувствовал, как холодеет спина, однако пока не собирался сдаваться.

– Да-да, очень самоотверженно и все такое – в духе так и не освоенной тобой профессии, но… ты подумал о Дейзи?

Как только с его мерзких губ сорвалось имя Дейз, я вскочил, с трудом сдерживая себя.

– Не смейте произносить ее имя, – процедил я сквозь зубы.

– Тише, тише, голубчик, я просто хочу сказать… мало ли что может произойти в лондонской больнице, верно?

Этот разговор доставлял ублюдку колоссальное удовольствие. Вне себя от злости, я сорвался с кресла, готовый кинуться на него.

– Осторожно, Райан, еще одно неловкое движение, и… – Он жестом сымитировал взрыв. – Выход только один – выполнить свою работу.

Сутки. Он дает мне сутки на то, чтобы я предал свою… черт возьми, любимую девушку! Разбил ее мечты, разрушил наше будущее! Но Дейзи… Я знал, угрозы Эльберга не пусты, потому он и поставил меня перед этим выбором.

– Будет сделано, – прошептал я и, не попрощавшись, выбежал из кабинета, услышав вслед:

– Жду документы к утру!

Мне хотелось крушить, ломать, реветь, биться о стену или даже влететь на скорости в ближайший столб, но я не мог позволить себе ничего из этого, не подвергнув опасности Дейзи. Черт бы побрал этого ублюдка! Неужели Гас меня сдал?! Нет, он не мог так поступить, просто не мог!

Ноги сами несли меня к машине. Просидев в салоне часа три, я проклинал свою жизнь на чем свет стоит. Кофейня Селины – самое дорогое после семьи, что есть в ее жизни. Она потратила все силы на то, чтобы ее обустроить, раскрутить, выкупить, а какой‐то урод (он же Райан Эванс) отнял у нее бизнес в одночасье!

Зазвонил телефон, и я чуть не разбил его, вытаскивая из кармана.

– Да?

– Эванс, забыл предупредить: если к утру документов не будет… в общем, к моим опасениям насчет безопасности больницы отнесись серьезно.

Звонок оборвался, пошли гудки, и я все же разбил телефон о торпеду авто. Стекло пошло паутинкой трещин, я громко втянул воздух и помассировал усталые глаза. Идиот! Однако оставалось меньше суток, и… мне пришлось приступить к выполнению задания. Вывернув руль, я выехал на дорогу, не обращая внимания на светофоры, надеясь где‐то в глубине души на несчастный случай, но нет. Мой ангел-хранитель очень не вовремя бдел за моими передвижениями, и я все же доехал до квартала, в котором жила Селина.

Я не знал, в какой квартире живет Селина, однако помнил, что она называла этаж. Поднявшись на пятый, я блуждал по коридору в нерешительности, пока дверь одной из квартир не распахнулась. Из нее вышла совсем юная девушка с морковными волосами и россыпью веснушек. Эбигейл.

– О, привет… и пока! – выпалила она, столкнувшись со мной.