— А что, кто-то из Миндербиндеров собирается сочетаться браком с кем-то из Максонов?
— У них обоих есть молодые на выданье. Я предложил М2.
— Когда ты собираешься идти туда с Макбрайдом?
— Как только президент сообщит, что, может быть, приедет, и мы получим разрешение на обследование этого места. А когда ты идешь туда с М2?
— Как только у него снова засвербит, и он захочет посмотреть грязные картинки. Я получаю жалованье в «М и М».
— Если хочешь жить под водой, Майкл, то должен научиться дышать, как рыба.
— А ты что думаешь по этому поводу?
— Что у нас никогда не было выбора. Я не думаю, что это хорошо, и не думаю, что это плохо. Это, как мог бы сказать Тимер, наша естественная судьба. Биологически мы являемся новым видом, который еще не успел приспособиться к природе. Он думает, что мы раковые опухоли.
— Раковые опухоли?
— Но он все равно любит нас и не любит раковые опухоли.
— Я думаю, он сумасшедший, — запротестовал Майкл.
— Он тоже так считает, — ответил Йоссарян, — и поэтому, не прекращая работать онкологом, переехал на лечение в психиатрическое отделение больницы. Тебе это кажется безумием?
— Это не кажется здравым.
— Это не значит, что он ошибся. Мы можем видеть социальную патологию. Что еще тебя беспокоит, Майкл?
— Я тебе уже говорил, что здорово одинок, — сказал Майкл. — И мне начинает становиться страшно. И из-за денег тоже. Ты умудрился разволновать меня этими деньгами.
— Я рад, что принес хоть какую-то пользу.
— Я бы не знал, где взять деньги, если бы их у меня не было. Я бы даже ограбить никого не смог. Я не умею.
— А попытавшись научиться, стал бы, вероятно, жертвой ограбления.
— Я даже машину не могу научиться водить.
— А ты бы сделал то, что сделал бы я, если бы у меня не было денег?
— А что это, па?
— Убил бы себя, сынок.
— Ты все шутишь, па.
— Именно это я бы сделал. Это ничуть не хуже, чем умереть. Я бы тоже не смог научиться быть бедным и скоро сдался бы.
— А что будет с этими моими картинками?
— Они будут напечатаны, сброшюрованы и отправлены в Вашингтон на следующее заседание, посвященное этому самолету. Может быть, и мне придется туда съездить. Ты заработал деньги на этом деле, на этом летающем крыле.
— Я закончил то, что и начинать-то не хотел.
— Если хочешь жить, как рыба… Майкл, есть такие вещи, которые ни ты, ни я не стали бы делать за деньги, но есть такие вещи, которые приходится делать, иначе у нас денег не будет. У тебя осталось еще несколько лет, чтобы понять, как ты хочешь распорядиться собой. Бога ради, научись водить машину! Без этого нигде, кроме Нью-Йорка, жить нельзя.
— А куда я буду ездить?
— К тому, кого захочешь увидеть.
— Я никого не хочу видеть.
— Тогда ты уедешь на машине от людей, с которыми ты не хочешь быть.
— Я уверен, что кого-нибудь перееду.
— Давай рискнем.
— Ты это уже говорил. А что, на автобусном вокзале и правда будет свадьба? Я бы хотел пойти.
— Я тебе добуду приглашение.
— Добудь два, — Майкл застенчиво отвел глаза. — Марлин вернулась в город, и ей какое-то время негде было жить. Ей, наверно, это понравится.
— Арлин?
— Марлин, та, которая недавно уехала. Может быть, на этот раз она останется. Она говорит, что, видимо, не будет возражать, если мне придется работать юристом. Боже мой, свадьба в этом автовокзале. Кто же это стал бы устраивать свадьбы в подобном месте только ради того, чтобы попасть в газеты.
— Они.
— И какому только жопошнику могла прийти в голову такая безумная идея?
— Мне, — загрохотал Йоссарян. — Эта идея принадлежит твоему папочке.
— А на что похоже летающее крыло?
— На другие летающие крылья, — ловко вставил Уинтергрин, тогда как Милоу онемел, услышав вопрос, которого не предвидел.
— А на что похожи другие летающие крылья?
— На наше летающее крыло, — ответил успевший прийти в себя Милоу.
— Оно будет похоже, — спросил майор, — на старину Стелса?
— Нет. Только внешне.
— Вы уверены, полковник Пикеринг?
— Абсолютно, майор Бауэс.
После первого заседания по оборонительно-наступательному атакующему бомбардировщику второго удара «М и М» полковник Пикеринг решил раньше срока выйти в отставку на полную пенсию, чтобы посвятить себя работе более выгодной, хотя внешне и менее эффектной — в Авиационном отделе «Предпринимательства и Партнерства М и М», где его первоначальный годовой доход оказался точно в полсотни раз выше, чем его жалованье федерального служащего. Генерал Бернард Бингам, по просьбе Милоу, откладывал аналогичный шаг, рассчитывая на повышение и назначение начальником Объединенного комитета начальников штабов, а после этого, при условии небольшой победоносной войны, и на возможность обосноваться в Белом Доме.
