Сага и оба полицейских не торопились вылезать – они сидели в машине, изучая дом.
Снегопад усилился.
В окне кухни полицейские увидели девочку в наушниках – та сидела над учебниками.
Снег перед гаражом был нетронутым. За все время снегопада здесь никто не проезжал и не проходил.
Створка ворот гаража на две машины была открыта. Сага мельком увидела гольфмобиль, выгоревшие на солнце подушки для садовой мебели, огромный гриль, газонокосилку и лопату с заржавленным лезвием.
Затрещала “ракель”, и тишину нарушил голос Йоны.
Они с Натаном находились по ту сторону дома. Людей они не заметили и не увидели ничего примечательного, если не считать отсутствия рождественских украшений. Йона с Натаном притаились в лесу, но приготовились войти в дом через заднюю дверь.
Сага вместе с полицейскими вышла из машины. Ингрид, втянув в легкие холодного воздуха, закашлялась.
– Все нормально? – вполголоса спросил Джим.
Ингрид кивнула, и все трое зашагали к дому. В окно было видно, как какой-то мужчина в светло-голубой рубашке с закатанными рукавами достает из посудомойки блестящие ложки и вилки.
Полицейские остановились на крыльце, стряхнули снег с ботинок и позвонили.
Сага сделала шаг в сторону, сунула руку под куртку и взялась за пистолет.
Перед лицами у всех троих висел парок от дыхания.
В доме послышались шаги – кто-то приближался к двери.
Возможно, Юрек или Бобер находятся в доме. Возможно, Пеллерина и Валерия зарыты где-то в саду или в лесу за домом.
Щелкнул замок, и дверь открыл мужчина в голубой рубашке. Загорелый, светлые усы, под глазами – мешки от усталости.
Мужчина стоял в носках на белом мраморном полу. За спиной у него виднелась широкая лестница, которая вела наверх, на второй этаж, и вниз, в подвал.
– Вы Томми Нордлин? – спросила Сага.
– Да. – Хозяин вопросительно посмотрел на нее.
– К нам поступило сообщение о крупной ссоре.
– Ссоре?
– Нам надо войти и поговорить с вами и вашей женой.
– Но здесь никто ни с кем не ссорился, – медленно ответил мужчина.
– И все же нам надо поговорить с вами, поскольку мы приняли заявление, – настаивала Сага.
В прихожую вышла девочка, которую они видели за кухонным столом. Двигалась она странно, словно не до конца проснулась. Девочка сняла наушники, и прямые светлые волосы повисли вдоль щек. Узкие губы и подведенные брови; прыщи на подбородке запудрены. Джинсы, белые носки, футболка-поло с нечистым воротничком.
– Спросите Мимми. – Мужчина кивнул на девочку – Спросите ее… Мы с Анной-Леной в разводе, я не видел ее два месяца. Она забрала нашего сына и переехала в Сольну.
– В доме только вы вдвоем?
– Да.
– Тогда вы, наверное, не будете против, если мы войдем и взглянем, что тут как, – сказал Джим.
– А вам разве не нужно разрешение прокурора?
– Нет, – коротко ответила Сага.
– Мы имеем право провести допрос и задержать человека без постановления об аресте, – пояснила Ингрид.
– Похоже на угрозу, – заметил мужчина, однако посторонился, пропуская их в дом.
В прихожей Сага расстегнула куртку до конца, чтобы быстро достать пистолет из наплечной кобуры.
Подышав на замерзшие пальцы, она оглядела лестницу.
Свет не горел ни на втором этаже, ни в подвале.
Ингрид вытирала обувь о коврик у двери, одной рукой опираясь о стену.
Раздался скрежет – Джим наткнулся на половую щетку, просунутую в ручку на черенке белого пластмассового совка-лопаты.
В густой щетине застряли волосы и пыль.
Полицейские прошли за хозяином в просторную кухню с выходом в столовую. Кухню и столовую разделяла белая занавеска от пола до потолка.
– У нас тут домашний кинотеатр, так что бывает шумно. – Хозяин провел языком по верхним зубам.
Девочка молча вернулась на место за кухонной стойкой и села на барный стул, к учебникам.
Сага подумала, что Йона прав. Хотя отец и мать в разводе, все-таки странно, что они никак не украсили к Рождеству ни кухню, ни столовую.
В этом доме словно остановилось время.
Белые орхидеи на подоконнике.
Между деревьями виднеется укрытое снегом поле для гольфа.
Дверь из рифленого стекла вела в гостиную; еще одна дверь, деревянная, была приоткрыта в коридор.
– Может, кофе выпьете? – спросил хозяин.
– Нет, спасибо, – ответила Сага.
Тонкая полупрозрачная занавеска в дверном проеме столовой мирно колыхалась от сквознячка.
Мужчина вернулся к посудомоечной машине и принялся расставлять чистые стаканы на мраморной столешнице возле раковины.
– Отвлекитесь на минутку, – попросила Сага.
Хозяин обернулся и посмотрел на нее; между бровями залегла резкая морщина.
– К вам в последнее время кто-нибудь приходил? – спросила Сага.
– В каком смысле “приходил”?
– А вы как думаете?
Мужчина почесал плечо и продолжил вынимать стаканы из посудомойки.
Сага отошла в сторону и стала наблюдать за ним. На лице мужчины пробился пот.
– Так никто не приходил?
Сага отвела штору одной рукой и вошла в столовую. Прошла мимо большого стола с каменной столешницей и повернулась к Томми Нордину.
– Если никто не ссорился, то что в таком случае здесь произошло? – спросила она, рассматривая драпировку.
– Я сказал – мы смотрим кино.
