– Осмотр спальни. Где это… а, вот! Окно закрыто, ручка повернута в позицию «заперто», стоит москитная сеть. Я сложил странное исчезновение порхающих с шифром к сейфу, с чистотой внутри него… Короче! У всех членов семьи Каменевых, кроме Вероники, есть Инстаграм. Имелся он и у Николая Петровича, но его вел кто-то из пиар-отдела. Это официальный аккаунт с рекламой семинаров, выступлений Каменева, там же фотки с мероприятий, ничего личного. Илья в основном общается с теми, кто активно занимается фитнесом, он фанат зала. Спортивное питание, витамины, упражнения. Его жена Рита болтает с подругами о шмотках. Лиза, ее муж и покойный Максим – все они общаются со своей тусовкой. Количество публикаций у каждого разное, подписчиков больше всего у Николая Петровича и понятно почему. Илья, Рита и Лиза имеют в друзьях по пятьдесят человек, у Максима тридцать. У него всего двадцать снимков. На аватарке – какая-то книга. Большинство подписчиков – разные фирмы, которым необходимо сбыть товар. «Элитный чай из Подмосковья», «Крутые сумки». И покойный сын Вероники редко в Инстаграм заходил. Ну и без попрошаек не обошлось – «Пришли рубль на мою мечту». У всех, кроме Марты, один профиль. А вот у приемной дочери их два. Зачем ей столько? Как правило, несколько аккаунтов заводят те, кто любит гадить в чужих профилях. У себя «дома» он милый, пишет всем только приятные слова. А со второго профиля льет грязь. Никто ведь понятия не имеет, что у тебя их несколько. Эта информация скрыта от подписчиков. Но я-то не простой пользователь. Вошел на все страницы Марты. Одна открыта для всех. Там она общается с приятелями, коллегами, ничего особенного. Обычный женский треп. А вот профиль «@kuki-muki» закрыт. Мне его открыть не составило труда. Публикаций штук сорок. Сплошные цветы. Соответственно, нет фото на аватарке, там клумба. Подписок более ста. Всякие фирмы – косметика, одежда, иностранные знаменитости. Вроде все обычно. Но почему бы не подписаться на них в открытом профиле? Не хотела, чтобы приятели знали, что она фанатка актеров, любительница шмоток? Ну… возможно, хотя странно. Скорей всего аккаунт открыт для общения с человеком, знакомство с которым не хотят афишировать. И я влез в директ тайного Инстаграма Марты, обнаружил там интересную переписку. Вывожу ее на плазму. Любуйтесь. Беседа состоялась после дня рождения Николая Петровича.
Я посмотрела на большой экран, который висел на стене.
– Ку-ку!
– Хай!
– Все.
– Ты сделала?
– Да.
– Вау! И?
– Порядок!
– Вау!
– Джек, я так устала!
– Еще бы.
– Он ваще о…л в последнее время. Звал меня каждый вечер. Мать на меня жаловалась: дочь грубит. И отец приглашал к себе, якобы на лекцию о правильном поведении. Ну и!
– …!
– Я от него еле отбивалась, говорила: «Отстань, я твоя дочь, не тяни руки». Он смеялся: «Приемная, общей крови нет, нам можно». Говорил про какого-то американского режиссера, тот женился на удочеренной им девушке. Забыла, как его звали.
– Вуди Аллен?
– Точно. Наверное, она не против была, а мне жутко! У меня ты есть.
– …! Ты долго терпела!
– Почти год! Он меня постоянно в кабинет свой затаскивал, лапал.
– …! Давно говорил: скажи матери!
– …! Она никогда не поверит! Николашка для нее Бог! Гений! Икона! Ну, не знаю, как еще его назвать!
– …!
– Неделю назад он мне пообещал: «Мы с тобой улетим за границу, я куплю дом, станем жить вдвоем».
– …!
– Начал в любви признаваться: «Ты самая лучшая. Не могу без тебя. Сделал дату и год твоего рождения паролем к сейфу, где храню мой дневник! Понимаешь, как я к тебе отношусь?»
– …!
– Можешь что-нибудь сказать, кроме: …?
– Слов других нет.
– А у меня есть. Наутро он уехал на работу. Я дождалась, пока все смылись, пошла в его кабинет, открыла сейф, взяла толстенную тетрадь. Из нее какая-то деревяшка выпала, типа щепка. Я ее оставила. Дневник унесла, села в спальне читать. Знала, что вернется папашка через неделю, изучила тетрадь, на место положила. Джек!
– Что там?
– Привезу, сам увидишь!
– Ну, хоть немного расскажи.
– Его отец серийный убийца!
– …!
– Он в доме, где мы сейчас живем, в старой части, в которой папахен поселился, женщин мучил и убивал.
– …!
– Николашка ему помогал, бедных девушек к монстру приводил. А потом, когда ему семнадцать исполнилось, перепугался: вдруг папашу с мамашей поймают…
– Маньяк с женой всех мучил?
– Да!
– …!
– Николашка их сдал! Пошел к фээсбэшникам, как они тогда назывались, не знаю, и все им выложил.
– Ну, ваще!
– Нашел дураков, которые поверили, что он ни при чем, помогли ему, другое имя дали… Приеду, дам дневник почитать. Улет! Мы, оказывается, живем в переделанном доме убийцы.
– Жесть!
– Погоди! Жестянка впереди. Когда он дом ремонтировать затеял, какой-то коллапс очередной в России случился. Николашка с деньгами пролетел! И тут приходит к нему шофер, которому он старую мебель велел увезти на помойку. Водитель ее себе взял, нашел тайник, а в нем полно драгоценностей. Прикинь, этот кретин вернулся к Николашке с заявлением: это ваше, возьмите.
– Дебил!
