Лазурный мир [= Синий мир] полностью

«Так же, как растяжки, надо полагать? — язвительно поинтересовался Мирекс. — Не говоря уже о способе крепления опор к платформе — они просто привязаны! Веревками! Разве так устанавливается надежная сигнальная башня?»

«Мы надеемся, что она послужит своей цели, — сказал Ролло Барнак. — Если так, нас это вполне устроит».

И снова Иксон Мирекс ушел, качая головой.

На протяжении всего этого времени Царь-Краген не появлялся поблизости от Транка.

Время от времени сигнальная башня Тразнека передавала новости о его местонахождении: видели, как Царь-Краген плыл на запад вдоль южной стороны Санкстона; он кормился в лагуне Многолюдного Фонда; он снова кормился на Парнасе, следующем плоту в западном направлении. Потом он погрузился под воду, и никто о нем ничего не слышал два дня.

На Транке возобновилась почти нормальная жизнь. Выросли большие губки — их кожура уже начинала вскрываться; хижины отстроили заново; новая сигнальная башня, хотя и несколько тяжеловесная и неустойчивая на первый взгляд, впечатляюще возвышалась над плотом.

Подготовка реи заняла много времени. Оба ее конца заострили, а затем варили в лаке три дня и обжигали на медленном огне, чтобы стебли стали твердыми и плотными. Вдоль реи закрепили придающие жесткость укосины; всю конструкцию очищали скребками, полировали и смазывали маслом, пока она не стала гладкой и блестящей.

Наконец рею подняли с помощью канатных шкивов к самому верху башни и установили; опять же, при этом принимались чрезвычайные меры предосторожности. Сначала перекладину усадили в предназначенном для нее пазу, после чего приклеили, привязали веревками и закрепили клиньями.

И снова Иксон Мирекс недоумевал: «Башня неправильно установлена!»

«Почему ты так думаешь?» — невозмутимо спросил Ролло Барнак.

«Неужели ты не видишь? Вы ее повернули не к башне Тразнека, как следует, а существенно в сторону! Наперсточникам Тразнека придется щуриться, чтобы считывать наши символы под углом».

Ролло Барнак многозначительно кивнул: «Нам это известно. Мы запланировали ее таким образом по следующим причинам. Во-первых, ходят слухи, что на Тразнеке тоже собираются возвести новую башню, примерно такую же, как у нас. Во-вторых, взаимное расположение подводных стеблей таково, что опоры башни трудно закрепить в другом положении, причем мы считаем, что со временем постепенное скручивание стеблей приведет к тому, что башня повернется примерно в направлении нынешней башни Тразнека».

Заступник Семм Войдервег, к которому в какой-то мере вернулось былое величавое достоинство, согласился с критическими замечаниями Мирекса: «На мой взгляд, это самая уродливая и неэффективная башня из всех, какие я видел! Зачем нужна такая длинная, тяжелая, заостренная рея? И почему под ней такая узкая, продолговатая кабина? Кто-нибудь когда-нибудь что-нибудь подобное строил?»

Ролло Барнак вынужден был повторить прежние замечания: «Мне она представляется достаточно эффективной. Если она выполнит свою функцию, нас это удовлетворит».

Иксон Мирекс горестно покачал головой: «Обитатели других плотов сочтут нас извращенцами со странными причудами — заметят, что башня обращена к морю, и подумают, что мы спятили».

«Вполне может быть, что так оно и есть, — ухмыльнулся подошедший Скляр Хаст. — Почему бы тебе и Войдервегу не переселиться на другой плот?»

«Не будем спорить — что было, то прошло! — пробормотал Мирекс. — Мне вся эта катастрофа уже кажется кошмарным сном, словно ничего этого никогда не было».

«К сожалению, это случилось, — сказал Хаст, — и Царь-Краген все еще рыщет в море. Если бы только он сдох от старости — или подавился, обжираясь губками — или утонул, если уж на то пошло!»

Войдервег смерил Хаста спокойным оценивающим взглядом: «В тебе нет ни капли почтения, никакой верности традициям».

Мирекс и Войдервег наконец ушли.

Хаст смотрел им вслед. «Мне все это не нравится! — пожаловался он Роджеру Кельсо. — Мы не можем вести себя, как честные люди, не можем говорить откровенно. Приходится прикрываться наглым или трусливым притворством».

«Беспокоиться по этому поводу бесполезно, — отозвался Кельсо. — Выбор сделан. Теперь мы готовы к действию».

«Что, если ничего не получится?»

Кельсо пожал плечами: «Насколько я понимаю, у нас примерно один шанс из трех. Все должно быть сделано настолько своевременно и точно, что об оптимизме не может быть речи».

«Мы должны по меньшей мере предупредить людей на плоту», — сказал Хаст.

Ролло Барнак и Роджер Кельсо возражали, но тщетно. Хасту в конце концов удалось их убедить, и рано вечером в тот же день он созвал всеобщее собрание жителей Транка.