Потянулись дни за днями. В нашем жилье давно все белым стало: койки, рация, газовые баллоны… С боков палатки иней сыплется. А она у нас большая — КАПШ-2. Мы в ней все живем. В одном конце камин газовый горит, в другом связь помещается. По длинным сторонам мы спим, а в середину между нами маленький столик втиснут. Посмотришь на красный свет в газовом камине-грелке — будто теплее становится. А какое там тепло, когда у всех спальные мешки к материи палаточной примерзают. Сон уже давно не идет. Каждый себе занятие придумывает. Старшой наш, Лукьяныч, сидит на своей раскладушке, ноги в унтах, на плечах керзовая шуба меховая — "француженка". Вроде бы и привыкнуть давно надо, а томится, слушает, как с шипением снег проносится и дюралевые ребра палатки поскрипывают да похрустывают. А когда непогода все же кончаться стала, у нас и продукты на исходе оказались.
После пурги. (Министерство культуры СССР.)
Мело еще сильно, но ходить уже можно стало. Мороз к сорока подошел, значит, скоро заштилеет и самолеты к нам запросятся. Обошел я с Лукьянычем полосу, вся в передувах и рытвинах, но похоже, что целая.
Надо в лагерь пробираться, всех на аврал поднимать и горяченького похлебать заодно.
— Пойдем, художник, в столицу. Не люблю ружье таскать. Бери карабин да пошли.
Отлично! Пошли так пошли. Теперь у нас хоть дело есть. Я в такое время тоже безработный.
Ветер слева в плечо дует, что компас. Но надеяться на него больно не приходится. У того магнитная аномалия бывает, а этот с румба на румб прыгать любит. Делать нечего, идем.
Авось не промахнемся! Не первый снег на голову. Не должны мимо лагеря в белый свет без возврата протопать.
За ропаком встаем отдышаться малость. Ветер хоть и боковой, а дыхание сбивает. Змеятся струи снега, путают рельеф, и кажется, что кругом, везде, со всех сторон, до самого конца света одно и то же. Мир несется мимо тебя, превратившись в белую мглу, и, когда наконец улетит весь без остатка, ты останешься один в пустоте. Слово "один" из понятия становится реальностью, ощутимой неизбежностью. Новичку поддаться нетрудно. Испугается, пойдет петлять — и все тут. Вымотается — и конец.
Бредем с заструга на заструг, не отставая. Метет все так же. Мой спутник, отдавший почти полвека борьбе за жизнь свою и других в этом ледовом мире, идет привычно и уверенно. Ветер доносит его слова:
— Да! Какие же сильные были люди, что одни отваживались идти к Полюсу…
Игорь Павлович Рубан — Льды. Люди. Встречи
Рецензент д-р геогр. наук Е. С. Короткевич Редактор Л. А. Мялина Оформление В. Г. Бахтина Художественный редактор Б. А. Денисовский Технический редактор В. И. Семенова Корректор Л. Б. Лаврова
Р 1905020000-027 48–85 069(02)-85 ББК 26.89(0) Р82
