Уже уходя с пирса, окинул взглядом то место, где во время ритуала сидел османский артефактор. Вот кому сильно не повезло с откатом. Даже толком контуры тела не угадываются. И в этот момент, рядом с мерзко-бесформенной кучей, оставшейся от султанского придворного, в лучах заходящего светила что-то блеснуло. Развернувшись, прошагал десяток шагов в ту сторону. На утоптанной многими ногами земле валялся золотой медальон, усыпанный самоцветами. Вот не поверите! Не испытал от этой находки ровным счетом никакой радости. Просто наклонился, поднял драгоценность и, засунув ее в карман, поспешил догонять уходящих ребят в мятой и испачканной гимназической форме.
Все же совсем уж беспрепятственно уйти не удалось. Мы уже всей нашей нестройной толпой подходили к зданиям складов, пройдя через которые я надеялся вывести всех из порта наружу.
— Тыр-пыр-пыр! — Заорал вдруг один из толпящихся чуть в стороне аскеров, указывая в нашем направлении.
Может, и теперь бы ничего такого-этакого бы не случилось, товарищи крикуна не больно-то и хотели нас останавливать. Ну, сами подумайте, зачем мы им теперь, после подрыва корабля и смерти черного артефактора вообще сдались?
Все испортил Афоня. Заметив внимание врагов в наш адрес, он, нимало не сомневаясь, запулил в их сторону Огненным Шаром. Пришлось и мне тоже подключаться к разгоревшейся немедленно перестрелке.
И все же мы смогли вывести послушавшуюся нас часть гимназистов с территории порта в заросли, окружавшие портовые строения с этой стороны. Правда, сам я последовать вместе со всеми уже не смог. Мы уже буквально на подходе к спасительному зданию склада были, когда на помощь к османам, которые к этому времени нас обстреливали издалека, опасаясь нашей магии, прибежало то отделение, которое охраняло ворота на входе в порт. А это, чтоб вы знали, два десятка бойцов с заряженными ружьями.
«Ну! Выручай меня, моя магия», — подумал я, отделяясь от остальных ребятишек и смещаясь чуть поближе к наставившим на нас свои ружья агарянам. А что было делать? У меня хоть мой Воздушный Кокон имеется, а у остальных — кроме их гимназической формы — вообще никакой защиты.
Вновь прибывшие османы выстрелили немного размазанным по времени залпом. И надо сказать, что моя защита почти справилась. Уже самые последние выстрелы, что называется, в догонку, звучали, когда меня в грудь будто кто-то с размаха ткнул докрасна раскаленным ломиком. От этого удара меня опрокинуло назад, на землю. А, в процессе, пока летел, этим же невидимым ломиком еще и по руке пару раз приложили…. Темнота…
Системные характеристики Александра Лебедева на конец девятнадцатой главы:
Класс Каллиграф-Начертатель.
Уровень 12(+2).
Очки опыта\ до следующего уровня: 113112\204800
Основные характеристики:
Сила 13
Ловкость 17(+1)
Выносливость 19(+1)
Интеллект 24
Дух 27(+2)
Свободные единицы характеристик 2
Мана 270\270
Дополнительные характеристики:
Скрытность 6(+3)
Удача 3
Харизма 4(+1)
Меткость 3
Воля 3(+2)
Навыки:
Раскрыть список.
Магические конструкты:
Раскрыть список.
Эпилог.
Говорят, нет худа без добра. На своем собственном опыте в этом убедился. Правда, для этого мне пришлось едва ли ни умереть. Дело-то там совсем за малым уже было: одна тяжелая, весом под две унции, пуля, насквозь пробила мне грудь, еще две ее товарки едва ли не в крошево размочалили левую руку. Парни под командованием моего брата не только в самый последний момент смогли отбить мою уже совсем почти бездыханную тушку у неприятеля, но и всю дорогу до нашей слободы одно за другим вливали в меня заклинания Малого Исцеления.
Кровотечения из ран остановили, и даже чуть-чуть мою жизнь смогли как-то поддержать. А дома к этому нескончаемому марафону на истощение маны еще и мои домашние во главе с матерью присоединились. И парни из нашего атлетического зала, которые не являлись учениками гимназии.
Спросите, в чем же я в этих безрадостных событиях добро увидал? Ну, во-первых, я выжил. Уже немалое по своей доброте событие, как на мой взгляд. А во-вторых, я этими своими ранами доставил матери столько волнений, что заклинание Малого Исцеления у нее вдруг взяло, да и развилось до Исцеления Среднего, а одному из парней, Платону Безбородко, тоже в качестве дальнейшего развития Малого Исцеления, Система предложила специализированное заклинание Восстановления Суставов.